Среда, 13 декабря 2017

Карьерист

Опубликовано в Капитан 1 ранга Сувалов Юрий Васильевич "Рассказы старого подводника" Вторник, 29 мая 2012 21:26
Оцените материал
(45 голосов)

Ух, как на меня, совсем я никуда не годный.

А что ты хотел, такой уж у тебя характер.

Ну а как еще поступить я должен. Зашел на сайт, а там разгуляй ветер, минер с лодки, захлебываясь от восторга, рассказывает как он торпеду ядерную спас, но не понял его никто, НСС вкатали.

Я написал нежный рассказ «Минеры», ну должен человек осознавать свои ошибки. Не понимает, что я не только про торпеду, про которую такой героический рассказ. Я про людей, был наказан командир, сняли офицера на ТТБ, наказали кого-то. Зад прикрывая, он и мне вроде как доложил в шутку и тут же продал.

Рассердился человек, как его и критиковать. Ну что могут деятели такого масштаба. Быстренько прочитали, что я написал в своих рассказах, а писал я их легко, на трудности не останавливался, наоборот хотел больше о людях рассказать, как они меня учили. Как вообще учили нас на 26 ДиПЛ. В рассказах хотел показать романтику, любовь к морю, к службе подводной, преданности делу. У меня все и начинается: «Еще поют об алых парусах», что пишу для своих пацанов, кадеты морские. В моих рассказах, вроде бы про себя пишу, нет, про всех тех, кто служил со мной. Про командиров, которые прошли так же как я, чуть лучше, чуть хуже  годы становления. Это была школа 26 дивизии и там по-другому не возможно.

А тут, прием известный вырви фразу и на ковер.

Придется коротко повторить:

Срочную я служил два года, потом училище. Старшиной роты на своем курсе со второго курса. Ох, и тяжкое это дело. На младшем да, на тебя как на бога, а здесь. Брр.

По Дону в шлюпочные походы не ходил, времени, да и денег не было. А посему на корабль зашел, Стенькой Разиным и флибустьером себя не чувствовал. За душой не много, одно желание горячее, хочу стать подводником.

1976г-79 минером на «К-259», да учили меня, и первые мои учителя два матроса трюмных были, по всем трюмам провели.

Да со старшиной команды Собяниным мне повезло, почти год я с ним служил. Потом вместо него с учебки Дима Мацкевич, маленький и ужасно худющий. Матросы мои одни полгода отслужили со мной, ну и молодежь. Вот с ним я и служил. Первыми мы были или наравне с Мишей Долгих с «К-151».

Не думаю, что обо мне кто-нибудь плохо как о минере скажет. Через 3 года мне начальник МТУ адмирал Курочкин должность флагмина дивизии предлагал, значит, я что-то мог.

Я уже и.о флагмином с адмиралом Пирожковым, классный мужик, комдив наш, на стрельбах побывал. Там он мне и предложил окончательно, флагмином или помощником. Так я стал помощником командира «К-45», наверное, за глаза мои круглые, да нрав веселый.

В море с Пирожковым, он - в центральном в майке сидит, любил он так прикидываться. Морячок подбегает, подрывником, пыхтит, клапан на подволоке открыть не может. Пирожков аккуратно отодвинул его, лапищей своей ухватился за клапан и просто повернул его. Все завели глаза, рты позакрывали, щеки надули, я про несчастья разные начал  вспоминать, лишь бы только не заржать. Пирожков сел, насупился и глазами своими хитрыми начал нас всех буровить. Мы сдержались.

Полгода прослужил, в основном моря. Потом авария ГЭУ на «К-45», но на борту был капитан 3 ранга Сергеев Михаил, командир дивизиона движения, он установку и людей своими грамотными действиями спас.

Лодку в завод в Чажму, где-то в марте- апреле. Командир в отпуск, потом еще куда-то, у старпома свои беды и очень серьезные. Вот до классов я командовал кораблем. Да в ремонте - это не море. Но отвечаешь ты, и ты уже целый старший лейтенант. Экипаж  хороший, Валя Шницер, замполит, командир БЧ-5, мичмана, все старались мне помочь. Ни кто, ни разу не состроил мне кукиш. Месяца четыре я, почти не вылезая, в Чажме просидел. Зачеты на флоте сдал на самостоятельное управление атомной лодкой.

Кадры вызывают, там человек, «ты в военно-дипломатичекую академию пойдешь». Меня и Смердина? «Не, я моряк», отвечаю твердолобо.

Потом классы, правильно тут говорят, мало знаний, мало опыта, поэтому обеденный перерыв, все на «круг», у меня зубрежка. Долго не понимал, что такое «круг», видел, что рожи довольные и веселые.

Классы закончил с отличием, марксистко-ленинская подвела, четверку поставили. Что-то меня всегда клонило на китайский ревизионизм, так, во всяком случае, говорили. И с экономикой я не понимал, это сейчас я профессор: «Нет экономики социалистической или капиталистической. Есть экономика, где  воруют, боятся и краснеют, а есть, где просто воруют, много воруют и при этом возмущаются, кричат, с коррупцией борются».  Во какое определение, кто посмеет оспорить, что не профессор я

В общем, на «круг»  я попал не раньше мая. А «круг», это где пивка как раз и можно перехватить. Вот и попробовал.

Кстати в рассказе «Старпомовские радости» фото, наш КБР первое место занял на классах, я старпомом был. Да и потом любил я торпедное дело. Хорошо у меня получалось.

Потом старпомом пришел на «К-259», плох  ли хорош,  вице-адмирал Рязанцев  НШ был, он  в статье своей отметил, что знал меня хорошо, вот и спросите.

Работать много приходилось, опыта мало.  И очень меня бумажки мучили, потому пишу как курица лапой, так что конспектов по МЛП у меня красивых быть не могло. Мне учиться надо было.

Два раза с Хаперским в автономку ходили. Авианосцы гоняли, вернее мы за ними гонялись. Пришли с моря, семь суток лишка прихватили, кроме молочного супа уже и продуктов не осталось. Только пришвартовались, командиру, лодку срочно в море, три авианосца зашли в Японское, сутки на пополнение запасов и опять, правда, не надолго.

Про учебу, учились всегда, и любили это дело, случай немножко смешной, может грустный:

Я - старший помощник на боевой службе. Днем в центральном, командир Хаперский спит за переборкой у штурмана, ночь была его, это святое, самое трудное и опасное - командир.  Я от скуки и учебы для, вахтенных офицеров гоняю. Валя Гондилов на сей раз. Акустикам сказал давать данные по подводной лодке, идущей на столкновение. Пошли доклады от акустика, Валя варежку развесил, на меня смотрит.… Из рубки штурмана заспанная, не проснувшаяся физиономия командира, правой рукой отмахивается: «Право на борт, право на борт». Я к нему, за плечи: «Да это я вахтенных офицеров учу». Он мне: «Ты меня угробишь…».

Говорят «от работы кони дохнут», начал и я загибаться. На что суров Хаперский, сам меня в госпиталь затолкал.  Никогда в жизни я не испытывал такого блаженства. Я спал, спал и спал и еще спал, укатали Сивку крутые горки. Потом Сов Гавань. Все с самого начала. Справились. Три года я у Хаперского. Командир он хороший, все, что мог, я от него взял.

Зимовки были, только враги могли такое придумать, почему у нас нужно обязательно людей в конюшню. Но это я сейчас так думаю, а тогда надо, так надо. Пошли из Совгавани в Ракушку.

Теперь, обратите внимание. Командир Конев в академию,  Хаперский на его лодку и в Камрань. Меня назначают командиром «К-259», ну не виноват я что Конев в академию, а у вас не спросили. Короче назначили меня на «К-259», это где я с лейтенантов в каждом трюме знал, сколько краски надо, где какой клапан с закрытыми глазами, на каждом механизме можно мои отпечатки пальцев найти. Где каждый матрос, офицер, мичман, я их частичка, они мой воздух. На ней «К-259», с моими людьми, где и я их, да хоть куда.

Только вошли в первую линию, меня на «К-151». Отказался бы, не хочу, плохо мне. Как откажешься, не привык отказываться. Единственная отрада, что автономка, новое, интересное. А потом мне действительно было бы стыдно, Игорь Кудрин не сосчитать у него их, а у меня у командира и не одной. Потом их уже ни у кого не было. Командирами соединений становились без автономок,  да что автономки, в море на три дня без старшего не выпустят. В море…? Перешвартоваться не пускают одних, чтобы пирсы не покурочить. А я вот карьерист, у меня аж одна, но за 10 месяцев.

Про академию говорите..., да нет, и не думал, справиться бы, суметь. Лодки, сложные были, да и в Камрани почти 10 месяцев, не на берегу. Будем живы, не помрем. Справились. Домой все живые, здоровые, врагов победили и лодка цела, так водичка в шестой льет, но привыкли уже, док нужен.

Пока вопросы на сайте задавал,  Валерий Дмитриевич Рязанцев фразу классную сказал на мои почемучки про техническую ненадежность  кораблей, «да не надежны, но Покрышкин на И-16 сбивал фашистов». И мы поставлены в условия, где только высокая выучка может обеспечить выполнение задачи». Грустно, конечно, но правильно.

Ну, а потом академия. Затем, как говорят,  скачки по должностям. К сожалению, не очень удачные. ЗКД, НШ, сокращают дивизию, и я- комбриг. А как все хорошо после академии начиналось. Не повезло, вернее сам отказался. А командир мой адмирал Кожевников предлагал.

Да про вахтенного офицера, согласно документов и обязанностей вахтенного офицера. Этот самый офицер при нахождении командира на мостике обязан для изменения скорости, курса, глубины и т.п запрашивать у командира (старшего) разрешения. Так было заведено у Кожевникова, Хаперского. И потом на всех лодках на которых я в море ходил уже будучи ЗКД  или НШ. И когда мы на «К-45» начали проваливаться на глубину, я запросил несколько раз  у командира разрешения, здесь же был и командир дивизии продуть среднюю. (А Вы передернули, «ответственность хотел переложить», опять выдернули фразу и мусолите. Не хорошо.)

Командир молчит, рядом командир дивизии, уважаемый всеми человек, вообще это нонсенс, я и сейчас не пойму, почему молчали. А насчет перекладывания здесь ответственности, ответственность была бы на всех одна, на глубине 2000 метров наглотались бы воды, но очень чистой.

А вообще, я часто об этом думаю. Вахтенный инженер механик капитан 3 ранга, не помню кто. На рулях горизонтальных боцман Соколов, манипуляторы сжал, кисти белые. На посту продувания мичман Печагин с «К-259» пальцами клапан экстренного продувания обвил, команды ждет. Я запрашиваю постоянно разрешения на продувание. И только на глубине 180 метров, не получив разрешения дал команду: «Продуть среднюю». Всплыли. Считаю что-то тут не так, не правильно, что-то.

Как вахтенный офицер-паникер, без разрешения продул среднюю.

Как вахтенный офицер, не принял своевременных мер для продувания средней, допустил погружение лодки на большую глубину, что могло привести к гибели.

И где тут соль?

На стратегах может и не так. У них вахтенные офицеры могут быть капитаны третьего, 2 ранга, а это опыт. На наших лодках лейтенант, самое большое старший, поэтому рядом всегда командир или старпом.

Правда в 90-ых, да и сейчас, когда оперативно-стратегическое учение и выход аж на трое суток. Есть и командиры, кто и в море не ходил без старшего.  Как можно доверять вахтенному офицеру, у него выход только второй.

Заварухин говорил: «Не верь ни кому, все врут». Ну не до такой же степени, командир - в центральном, а  в первом торпеду ядерную курочат.

А так все как у всех, кто службу любил.

Всегда спускаясь по трапу кроме чувства счастья и гордости, что я подводник ни чего и ни когда не испытывал, причем как бы не было трудно и какой бы груз ответственности не лежал на моих плечах. Грусть была, боль была.

Когда я пришел лейтенантом на лодку, я видел, как шел, как ступал на трап наш командир «К-259» Кожевников, как горделиво и уверенно вел он себя. Ему, конечно, всего-то было лет 29-30, а Колесников, тот вообще капитан-лейтенантом был назначен командиром атомохода. Сизов, тоже лет 30, тот, правда, много за учебниками сидел. Наш Кожевников над ним немножко подсмеивался  за его прилежность.

Откуда я все это знаю? Кумиры они мои были.

В партию вступил курсантом, предложили. Собрания партийные не любил,  всегда какая-то торжественная неискренность.

Но партбилет за год до ГКЧП не выкидывал, тогда много смелых было, а наоборот храню вместе с комсомольским билетом и ваучером в тряпочке чистенькой завернутые и в тумбочке.  Да, да, вдруг наши придут.

А что ваучер? Да не хотел я свою страну на «волгу» менять.

Ни чего не разбил, не угробил, не покалечил, в том числе и на гражданке Может наверху зачтется, другие ошибки простят? А они были? А как же? И за многие стыдно. Так что получается, что опыт, какой - никакой имею.

На гидрографическом судне три года старшим помощником, с июня по декабрь в море, оно и спасло меня от тоски после увольнения. Высадки на берег, шторма, браконьерские разборки. Но это уже будет рассказ «Анадырьский лиман», давно бы уже написал, нет, влез, вставить три копейки. Время теряю.

Потом по безопасности мореплавания работал. Кстати, вопрос про дипломы штурманские, гражданские, их по минерскому диплому получить невозможно. Для минеров только классы командирские дают такую возможность.

И наконец, бандиты к себе забрали. Да нет, не такие они уж бандиты, но мне их так веселее называть было. Хотя голову отрезать могли запросто. Это будет рассказ «Крабовые набеги», а может «Пираты Охотского моря». Так что и после службы я не с лапой по жизни пошел. А все так же трудно, все так же настырно.

Для читателя, маленький рассказик из «Крабовых набегов»

«Работая директором в рыболовных компаниях, ох и пригодились мне флотские знания морские. Характер мой, никогда не сдавайся, атакуй, достигай цели.

Начальником КП Кам ФЛРС, я год, полтора пробыл, но опыт получил, который оказался так необходим в этой жуткой крабовой охоте.

На КП утром приходишь, думаешь, мир перевернулся. Такого навалилось. Садишься и потихоньку, как женщины вяжут варежки, начинаешь и ты, глядишь, к вечеру и разгребли. Так и с моими бандитами. Много чего надо. Но про один случай.

Декабрь, Охотское море, подводники, да и другие моряки военные, за исключением пограничников, не знают, что такое шторм, не возмущайтесь, я тоже не знал. Когда я первый раз попал в Охотское море на СРТМ-К «Титанит», я физически почувствовал, как бьются мозги о черепную коробку. Здесь уже не морская болезнь, здесь судно трясет как телегу, которая по камням падает в пропасть. Здесь волны со всех сторон, да и снизу тоже. И так 3-4 месяца.

Судно «Глобал», у меня тогда в аренде было. Вроде бы все как надо. Нашел я груз, загрузили, топливом заправили 90 тонн. До Пусана вполне хватит. С Богом.

Через три дня звонок с судна, космос у нас был, топлива 20 тонн. «Ваше место?». Докладывают, прошли остров Зеленый, юг Курильской гряды, у Японии, Хоккайдо с Океанской стороны. Почему, как, кто разрешил? Бандиты мои прикупили краба и, смываясь от пограничников, не пошли через Лаперуза, а в океан рванули. Ну, это понятно. А топлива, почему столько. Оказывается два цилиндра не в строю и солярка в трубу вылетает, освещая океанские просторы. Просят меня бандиты слезно танкер найти, заправить судно. А в это время уже нет дураков, с океанской стороны ходить. На борту нашего «Глобала», не зря говорят, как его назовешь, так оно и поплывет» миллионов на 10 долларов краба камчатского, синего, опилео и стригуна. Плохие дела. Да уж куда хуже. Мне бы и на миллион хватило, чтобы голову отрезали.

Я сейчас не могу объяснить, как я за ночь сумел дозвониться до береговой охраны на Хоккайдо. Договорился с ними, чтобы допустили судно в порт как терпящее бедствие. Спрашиваете, на каком языке? Наверное, на японском. Откуда я его знаю? Я тоже сейчас не знаю.

А на «Глобале» осталось уже 6 тонн топлива и это только на рефмашины. Остановятся они, упадет температура ниже 16 градусов, нет уже товарного краба, а еще ниже, совсем плохо.

Встречает наш «Глобал» корабль береговой охраны. Повел его в порт. Там его японская контрразведка щупать, фотографировать. Бандиты мои звонят, про «Глобал» интересуются, узнали, завыли. Понял я только, что больше этому судну как порядочному в Японии не бывать.

Об этом раньше думать надо было им, когда неисправное судно мне подсовывали. Обычно я сам летал во Владивосток и искал в аренду судно. А тут они в Корее его взяли в аренду и убедили меня, что оно нормальное. Эх, забыл завет Заварухина. Хоть привет бы ему передать.

Встал наш «Глобал» на отстойный пирс. Я топливо ищу. Вышел на какого-то парня, топлива 60 тонн у него взял, на слово. Бандитам своим позвонил, деньги немедленно выслать.

Ребята начали позванивать, один с Сиэтла звонит: «Юра, а как там наш краб?». Все вежливые, ни кто не кричит, не ругается. В вежливости этой сочувствие огромное, как-никак мужику придется голову отрезать. Щекотно это, наверное.

За день вытолкнул пароход в море. Через пару дней парень, что топливо мне дал. Начал рассказывать страсти про пытки, деньги, когда за топливо выбивают? Потряс я своих бандитов. Больше мне не звонили. Так что ответственность могу брать на себя.

Потом полетел в Пусан встречать «Глобал», нужно быть полным недоумком, чтобы выпустить подобное корыто в море. Кто им такие названия дает?

Что еще?

Присягу давал только одной стране Советскому Союзу.

А кто-то, в Гондурас или на Украину подались, ну у нас на Камчатке это вроде как одно и тоже, куда не лететь не меньше 10 часов будет.

А кто скажет, когда в Гондурасе вторую присягу даешь, не знаете, куда первую девают? А, вобщем-то правильно, там и звания дают. Да и денег там тогда много платили. Опять же ленты красивые у офицеров .

КВН смотрел. Чеченцы выступали, загадка: «Когда корабль тонет, куда крысы бегут?» Ответ «в лондон», это про наших.

Митрофанова депутата, это, которому порулить хочется, опять он кого-то предал и Миронов его выгнал, а сейчас неприкосновенность с него снять хотят. Вот  поди бить то будут.

Если кому-то не понравится мой рассказ, писать начнете, не забудьте про мой нежный возраст.

Когда командующего Северным флотом старого громили, про торпеду ему напомнили, когда тот минером был, тракторкой ее подлюку вытаскивал. А вот не писался ли он в детском возрасте в пеленки?  Со мной не упустите.

Теперь у меня будет псевдоним «Карьерист». Так и подписываюсь.

Карьерист

 

{multithumb}

Прочитано 4933 раз
Другие материалы в этой категории: « Письмо Адмиралу Ирка »

Пользователь