Суббота, 27 Май 2017

9.2. Политбойцы

Опубликовано в 9. «Флотская плесень» Четверг, 29 Апрель 2010 12:28
Оцените материал
(2 голосов)

«Политбойцы» в советских вооруженных силах занимали определенное место. Свою основную функцию, к сожалению, большинство из них не выполняло. Главным их занятием было следить, чтобы не было грубых проступков, антипартийных выступлений и своевременно в своих политдонесениях информировать командование об обстановке на корабле.

Попробую рассказать о тех, с кем служил.

В училищах политработники были практически незаметными, но в тоже время чувствовалась их твердая рука, которая направляла деятельность комсомольских и партийных организаций.

Был у нас в калининградском училище заместитель по политчасти начальника штурманского факультета капитан 2 ранга Сергей Левашев.   Он был участником Великой Отечественной войны, членом организации «Молодая гвардия»( г. Краснодон) . Большой души человек, постоянно был в курсе всех дел и  во всем помогал командованию факультета. Среди курсантов он пользовался особенным авторитетом как молодогвардеец. Левашев рассказал нам правду о событиях времен ВОВ в Краснодоне.

Вообще наша выпускная рота в ТОВВМУ была сама по себе уникальной. Полгода у нас не было командира роты, сначала долго не назначали, потом он ушел в отпуск. В роте была сильная парторганизация, которая насчитывала около 60 человек, т. е. 80% л/с. Все воспитательные вопросы мы решали сами. Несколько наших выпускников впоследствии стали политработниками или преподавателями в ВУЗах и ВВМУ. К сожалению, какими они были «политбойцами» я не знаю, но человеческие качества я могу и сейчас оценить высшим баллом.

Основные контакты с политработниками начались с приходом на пл. Мне повезло. Заместитель командира И. И. Карабчак на пл  «С-333» был душой всего коллектива пл. Среди матросов пользовался большим авторитетом. Матросы шли к нему с открытой душой. Он играл на всех инструментах, а в экипаже из 42 человек был оркестр гармонистов - 9 человек.

Зато нач. ПО 4 обпл (фамилию я не помню, а звали его Лука Иванович) особым уважением и авторитетом не пользовался. Мне однажды пришлось с ним столкнуться по вопросу политзанятий. Я вел занятия с группой матросов с семилетним образованием ( кок, рулевые -сигнальщики, мотористы, трюмные).

И вот как - то раз, когда еще осталось 10 минут свободного времени, я решил показать матросам теоретическую реальность решения КПСС вопроса производства с/х продукции. У меня под рукой оказался плакат, которым нас снабжало ПУ ТОФ. В нем были приведены цифры роста производства сливочного масла в СССР в 1963 г.

Чтобы матросам было наглядно, как много масла мы производим и потребляем в день, я взял цифры производства масла за год, разделил на все население (около220 млн человек) и еще разделил на 365 дней, и у меня получилось 16 кг на 1 человека в день. Матросы замерли. Я еще раз проверил расчеты. Опять 16 кг. Тогда сказал, что к следующему занятию я уточню цифры и им сообщу.

После занятий я пошел в политотдел и показал им цифры. Нач. ПО меня просто выставил: «Иди, учись считать». Пропагандист ПО сразу понял, что там опечатка и надо считать в 1000 раз меньше. Он забрал у меня плакат и поехал в ПУ, где все рассказал. Ответа ни от кого я не получил.

За время службы на атомных лодках особых конфликтов с политработниками у меня не было, то ли они не хотели со мной связываться, то ли по некоторым вопросам были согласны со мной. Запомнились только несколько эпизодов моего «противостояния» политработникам.

Это было в феврале 1965 г. На Камчатскую флотилию прибыл главный инспектор ПУ ВМФ контр-адмирал Бабушкин. Это был очень строгий и без чувства юмора человек. Накануне он зашел в казарму бербазы эскадры ( там в основном служили списанные с пл за недисциплинированность матросы). Увидев портрет Председателя Президиума ВС СССР тов. Микояна  А. И., он спросил дневального : «Кто это?». Тот ответил: «Каганович». Бабушкин замер. У него перехватило дыхание. Было известно, что в 1957 г. Каганович был исключен из партии и выведен из состава Президиума ЦК КПСС.

Бабушкин сделал вывод, что на эскадре никто не знает руководителей государства и партии. Поэтому на следующий день он пришел к нам в экипаж с внезапной проверкой. Я был дежурным по экипажу. Подал команду «Смирно», отрапортовал и сопровождал его. Он внимательно оглядел кубрик л/с, что-то увидел, ехидно улыбнулся и спросил меня: «Почему портреты руководителей партии и правительства висят на разном уровне. Действительно портрет Микояна был ниже портрета Л. И. Брежнева — 1-го секретаря ЦК КПСС.

Я сам никогда на это не обращал внимания, да это не было моей обязанностью. Недолго думая, я ответил, что все портреты висят в зависимости от занимаемой должности. Ответ удовлетворил Бабушкина.

Следующий контакт с нач ПО был в 1968 г.. Я был председателем офицерского суда чести младшего офицерского состава на пларк пр.675 «К-23»  и  не допустил расправы со стороны нач. ПО 26 дипл капитана 1 ранга Варгина, который хотел в нарушение дисциплинарного устава дважды наказать офицера за один и тот же проступок.

В 1970 г. нач. ПО 72 бсрк, не разбираясь в сути вопроса , чуть не «сломал» жизнь офицеру. Нач. службы «Х», будучи в нетрезвом состоянии в нерабочее время при проходе на территорию завода, где находилась наша рпкСН, не дал в руки дежурной ВОХР пропуск.

Тогда она начала кричать и оскорблять его. Он спокойно порвал пропуск, бросил его в урну и ушел в казарму. По приказанию командира пл я ходил на завод и разбирался в этом деле. Охранница сообщила мне, что никаких претензий к нему не имеет, т. к. никакого дебоша не было.

Но Нач. ПО решил отыграться на командире лодки и принял решение считать пьяным дебошем поведение ст. лейтенанта    К. - начальника химической службы пл. и наказать его по партийной линии.

На партсобрании было внесено предложение объявить коммунисту К.  строгий выговор за дебош с занесением в личное дело.

Мои доводы, о том что никакого пьяного дебоша не было на присутствующих не подействовали.  Пришлось взять толковый словарь Даля и прочитать всем, что значит слово «ДЕБОШ».

В итоге ограничились вызовом на партсобрание. Через 2 месяца этот офицер был назначен старшим научным сотрудником в один из военных НИИ МО.

Четвертый случай конфликта был «самый — самый». Шел 1978 год. Я служил в штабе флота. На одном из партийных собраний с повесткой дня «Состояние воинской дисциплины и повышение её в свете требований 26 съезда КПСС» выступил представитель ПО штаба ТОФ капитан 2 ранга К. Никто не ожидал от него заявления, что он обратится к нач ПО с просьбой оказать нам помощь в работе по улучшению воинской дисциплины.

Следует учесть, ч то в нашей партийной организации не было вообще проступков последние 10 лет. Только в 1978 г. наш лейтенант за первые два месяца службы дважды попал на «губу». Он был назначен в наш отдел по ходатайству начальника ПО штаба ТОФ.

А виновными якобы в нарушении воинской дисциплины  оказались члены нашей парторганизации. Было обидно всем за передергивание факта. Возмущенный услышанным и несправедливой оценкой, которую он дал работе нашей партийной организации, я выступил, как потом доложили в ПО, с «антипартийным» заявлением, за что был приглашен в политотдел для «беседы».

Секретарь нашей партийной организации предупредил меня, чтобы я был готов к строгому выговору с занесением в личное дело. За что? А сказал на собрании  я следующее:

1. Мне не понятно, как ПО штаба ТОФ мог направить на наше собрание такого некомпетентного человека, который вместо того, чтобы разобраться по существу вопроса, просто оклеветал всю нашу партийную организацию.

2. Политотделу, вместо того, чтобы искать проступки, там где их нет, лучше обратить внимание на планы проведения семинаров по марксистко-ленинской подготовке, а то темы от съезда к съезду не меняются, изменяются только номера съездов.

Когда я прибыл в ПО для беседы, то захватил с собой свои конспекты первоисточников и все материалы по семинарам в период с 1961 по 1978 г. г.

По первому вопросу, после моего разъяснения, нач ПО капитан 1 ранга Мухин  Константин Никандрович ( это был умный, уважаемый в штабе человек) со мной согласился. По второму вопросу, когда я им все выложил и на примерах показал, была немая сцена.

Потом Мухин мне разъяснил, что согласно секретной директиве нач. ГПУ СА И ВМФ генерала Армии Епишева, критика политорганов членами партии Запрещена. Но откуда я мог знать эту секретную от членов партии директиву? На этом все закончилось. Ограничились вызовом на беседу в политотдел.

Спустя 2 недели, к нам поступил план проведения очередного семинара по марксистко-ленинской учебе. Я внимательно с ним ознакомился и увидел опечатку. Потом мне разъяснили умные люди, что если бы все прошло без правки и планы были бы розданы во все группы, то нач ПО был бы уже на пенсии. Что же за «криминал» был в плане. Оказывается, в списке рекомендованной литературы значился: п. 7 «В. И. Брежнев. Государство и революция. псс. т. 28).

Я позвонил Мухину и все рассказал. По голосу я понял, что ему плохо. Он просил никому не говорить и принести ему план семинара в руки.
Но самый забавный случай моего столкновения с политработниками произошел в Риге.

Шел 1982 г. Страна готовилась к выборам в ВС СССР. В нашу часть пришла телефонограмма от нач ПО бригады: «В воскресенье, такого — то числа ( за неделю до выборов) командирам частей и заместителям по политчасти провести генеральную репетицию выборов депутатов в ВС СССР» .

Все мои попытки разъяснить нач ПО по телефону несуразность этой телефонограммы успехов не имели. В довершение к этому казусу, зам начальника гидрорайона по политчасти капитан 3 ранга В.Н.  на партийном собрании, посвященном предстоящим выборам, сделал заявление, которое привело присутствующих членов партии, многим из которых было за 65 лет, в состояние близкое к шоку.

Так как, в поселке проживало много народа, то было организовано два избирательных участка. Наш же зам, решил, что это сделано, чтобы на одном голосовать за кандидата в Совет Союза, а в другом участке — за кандидата в Совет национальности.
Вот такие «умные» политработники, притворяли в жизнь решения партии.

Политорганы дискредитировали коммунистические идеи, порочили партию. Недаром на флоте была поговорка «Хороший корабль- хороший замполит и командир. Плохой корабль - плохой командир и старпом».

Сегодня замполитам определена роль психологов, которые должны создавать рабочую, деловую обстановку на корабле и в части, знать, чем живут матросы и офицеры и помогать командирам в решении свойственных задач. Но ни при каких обстоятельствах им не нужно давать власть на корабле. ибо все станет, как раньше, когда от них зависели судьбы людей. Это не должно повториться.

Прочитано 4601 раз
Другие материалы в этой категории: « 9.3. "Кадры" в кадрах 9.1. Политтираны »

Пользователь