Вторник, 17 октября 2017

8.5. Байка №2. Ветераны- подводники

Опубликовано в 8. С улыбкой Четверг, 29 апреля 2010 12:25
Оцените материал
(3 голосов)

Из истории Вооруженных Сил известно, что ни один военачальник, блестяще воевавший с внешним врагом, в мирное время не способен руководить войсковыми соединениями: Генералиссимус Суворов Александр Васильевич, фельдмаршал Кутузов Михаил Илларионович, маршал Советского Союза Жуков Георгий Константинович, адмирал флота Советского Союза Кузнецов Николай Герасимович  и др. По-видимому, у них был особый тип мышления. Мне известны истории нескольких командиров лодок, которые после войны не смогли вписаться в новую для них непривычную мирную жизнь.

Черноморский флот.
( Из воспоминаний капитана 1 ранга Агавелова  С. В.)

В конце лета в 1953 г. в 151 обпл, базировавшейся в бухте Балаклава, на подводных лодок типа М серии VI - бис служили два командира, которые подружились ещё во время Великой Отечественной Войны. Оба они прошли всю войну, участвовали в десятках боевых походов и имели много правительственных наград. После войны они так и остались командирами лодок, отказавшись от службы в штабах. Для экипажа лодок каждый из них был «.. и царь, и бог, и земский начальник ». Матросы и офицеры уважали их за смелость при решении задач и в базе, и в море. Это были прекрасные моряки. Имели они слабость - любили рыбалку и выпивку. Но меру в выпивке знали и никогда «не залетали». Командование на многие их проделки закрывало глаза, ожидая того момента, когда с почестью сможет отправить на пенсию.

Вот что случилось одним летним субботним вечером, когда два друга встретились на Приморском бульваре, и, гуляя по «большому кругу», вспоминали военные годы, и не пропускали ни одного питейного заведения. Наступил вечер. Они уже порядочно нагрузились вином, от которого было хорошее настроение. Вдруг один из них предложил пойти на рыбалку на своей подводной лодке, которая закончила заводской ремонт и по плану должна была завтра перейти в Балаклаву, к месту базирования. С неё и решили порыбачить.

Они сразу же  отправились на завод. Прибыв на свою лодку, командир собрал вахту, проинструктировал её, как надо действовать во время перехода, и дал команду: «Со швартовых и якоря сниматься». Но во время подъема якоря случилась задержка, т. к. на его лапах оказался какой- то кабель. Быстро освободиться от кабеля не удалось, и тогда командир приказал его перерубить, что и было мгновенно исполнено. Не связанная больше с берегом, лодка под электромоторами направилась на выход из главной базы Черноморского флота - Севастопольской бухты.
При подходе к боновым заграждениям с поста НИС они получили запрос по семафору. Они ответили: «ОД. Прошу Добро следовать по плану. Командир».

ОД базы, даже не взглянув в суточный план, но, помня, что лодка должна была переходить в бухту Балаклава, почти автоматически дал «Добро».

Тем временем на КП ПВО ЧФ, где проверка связи происходит каждые пять минут, обнаружили обрыв кабеля и отправили спецгруппу для поиска места обрыва и устранения неисправности.
Дойдя до судоремонтного завода, группа узнала у вахтера, что какая - то лодка отходила от стенки завода и при этом рубила   какой - то кабель. ПВОшникам стало ясно, что случилось ЧП. Немедленно было доложено Командующему Флотом адмиралу Басистому Николаю Ефремовичу. Узнав, что эта лодка входит в состав соединения, которым командует капитан 1 ранга Смирнов  Н. И., Командующий приказал ему лично разобраться в этом деле. Николай Ивановича нашли на даче и передали приказание Ком. флота. Комбриг на катере отправился на поиски этой злосчастной лодки. Однако искать её долго не пришлось. Она стояла на якоре в стороне от входных створ, недалеко от боновых ворот. Подойдя к лодке, Николай Иванович увидел, что оба командира сидят на кормовой надстройке, спокойно беседуют, ловят рыбу и выпивают. Рядом с ними на палубе разостлана клеёнка, на которой стоят бутылки с вином и легкая закуска. Смирнов сошел с катера на лодку и услышал: «Коля, друг, давай садись, порыбачим, выпьем, а утром пойдем домой в бригаду». Сам Смирнов практически не употреблял спиртного, поэтому эта картинка и то, что сам Командующий Флотом отправил его на поиск этой кампании, вывела его из себя. Он вступил в командование кораблем, и через некоторое время они ошвартовались в бухте Балаклава.

Эта рыбалка не могла просто так командирам «сойти с рук». Капитан 1 ранга Смирнов написал представление на увольнение обоих в запас и без пенсии. Это было суровое наказание. Но когда оба представления положили на стол Главнокомандующему ВМФ адмиралу флота Советского Союза Николаю Герасимовичу Кузнецову, он, прочитав их, сложил рядом и на обоих сразу написал:«Если боевых командиров, за такие шалости мы будем увольнять, с кем мы будем воевать?». Так закончилась эта рыбалка. Оба друга были уволены в запас в свое время с заслуженной пенсией.

Балтийский флот
( Из воспоминаний контр-адмирала Парамонова  Э. Н.)

На всех флотах были случаи, когда командиры - подводники вели себя вольготно, как привыкли во время Великой Отечественной войны.

На одной из трофейных немецких подводных лодок служил командиром капитан 3 ранга К. Из-за большого количества минных заграждений, выставленных во время войны, Балтийское море называли «суп с клецками». Только единицы подводных лодок возвращались с боевых походов. Любой экипаж, вернувшийся даже с малой победой, можно было считать геройским.

1956 г. Подводная лодка под командованием   капитана 3 ранга К. после выполнения учебных задач возвращалась в Усть - Двинск. Когда лодка на малом ходу подходила к гавани, с поста ей был передан семафор «Командиру. Встать на якорь. ОД». Сигнальщик доложил командиру о полученном семафоре. Подумав немного, командир приказал сигнальщику: «Передай ОД: Не понял. Командир», и скомандовал: «Оба дизеля, средний вперед». И так несколько раз. Лодка тем временем средним ходом вошла в устье Двины и через 10 минут ошвартовалась у пирса в Усть - Двинской гавани.

Командир сошел на берег, подошел к телефону и о чем-то долго на повышенных тонах разговаривал с Оперативным Дежурным бригады. Потом снял свою «знаменитую шапку», бросил на землю, и громко матерясь, начал её топтать. Это был его талисман, с которым он «прошел» всю войну. Круглый год носил он эту шапку, причем одно «ухо» смотрело вверх, другое вниз. Старпому он объяснил: «ОД сказал: « Командир бригады возмущен, что мы не встали на якорь.». Я ему говорю: «Как я встану на якорь?   Могу только на х.. встать. Нет на лодке якоря» (немецкие лодки этой серии якорей не имели).

Через несколько месяцев на лодке установили ТАС ( торпедный автомат стрельбы) «Трюм». Командир лодки долго на него смотрел, потом приказал старпому вместе с торпедным электриком, обслуживающим данный прибор, штурманом и помощником командира хорошенько его изучить, и, согласно требованиям БИТО, написать для командира все необходимые по времени команды при выходе в торпедную атаку с использованием ТАС. Когда лодка начала готовиться к призовым торпедным стрельбам, запланированным на осень во время зачетного учения Балтфлота, старпом вместе со всем ГКП проводил ежедневные тренировки до полного, почти автоматического, освоения этого прибора. Командир ни разу в этих тренировка участия не принял.

Наступило время учений. Отряд боевых кораблей во главе с флагманом - Командующим Флотом. который держал свой флаг на крейсере «Киров», возвращался в главную базу Балтийск.  Подводные лодки были развернуты на позициях в ожидании прохода через них ОБК. Цель была обнаружена и началось маневрирование для выхода в торпедную атаку. ГКП готов к расчётам ЭДЦ с использованием ТАС. Командир находился в боевой рубке и вел наблюдение за обстановкой в перископ. На таблицу действий не обращал внимания. Наконец, он скомандовал: «На ТАСе , штурман и кому ещё что надо, торпедные аппараты номер 1, 2, 3, 4 ТОВСЬ». Все приготовились в ожидании известных команд, чтобы впервые опробовать в действии ТАС. Напряжение достигло своего пика- ведь кроме командира никто не знал, что творится наверху.

И вдруг раздалась следующая команда «Торпедные аппараты первый, второй, третий, четвертый — Пли!». Все на ГКП были в шоке. После доклада из первого отсека «Торпеды вышли. Боевой на месте!», стали ждать результатов стрельбы по докладам акустика. Наконец, долгожданный доклад: «Пеленг на цель и торпеду слились!».

Командир выполнил стрельбу по привычке с 7 кабельтов, почти в упор, как стреляли во время Великой отечественной войны. 3 торпеды прошли под целью. Оценка — Отлично. И на ТАС скомандовали, и новую технику использовали, хотя «на глаз» стрельнули.

В конце учения на лодку поступило РДО «Вернуться в Лиепаю», где находился штаб дивизии. Когда начали швартоваться, то с мостика увидели, что к лодке направляется большая группа офицеров штаба и проверяющих из Москвы во главе с адмиралом. Командир тяжело вздохнул и крикнул в переговорку: «Центральный. Кока к люку» и приказал ему, да так громко, что на пирсе разве только глухой не услышал бы: «Кок налей в борщ ведро воды. Штаб пришел. Жрать будут».

Когда лодка ошвартовалась, командир сошел на пирс в своей знаменитой шапке-ушанке, кожаных рукавицах, сапогах и ватнике. Увидев командира дивизии, он взял под козырек и стал ему докладывать. Но комдив глазами показал, что докладывать надо старшему, адмиралу из московской комиссии.

Повернувшись к адмиралу, командир начал доклад с начала. Вдруг среди офицеров, сопровождающих высокое начальство, он заметил приятеля, с которым давно не виделся, прервал доклад, отодвинул рукой адмирала и обратился к другу: «Вася, ты как здесь оказался? Как дела? Приходи, ко мне попозже, выпьем и поговорим». Затем продолжил докладывать адмиралу. И снова увидел в толпе ещё какого — то друга, и всё повторилось.

Наконец, после приветствия всех друзей, он закончил доклад. Результаты торпедной стрельбы были отличными. Командование Флотом понимало, что таких командиров уже не перевоспитаешь. На соответствующих должностях они ещё долго могут приносить пользу, обучая молодых подводной службе.

P. S. К большому сожалению, мои герои остались без фамилий. Я просто их не помню.

Прочитано 4965 раз
Другие материалы в этой категории: 8.4. Байка №1. Инспекция М.О »

Пользователь