Пятница, 22 сентября 2017

Рождение, детство, юношество, отрочество

Опубликовано в Капитан 1 ранга Темнов Виктор Петрович Среда, 23 ноября 2011 10:24
Оцените материал
(3 голосов)

Моим сыновьям посвящается.

Моя жизнь, служба, судьба


Господи, дай мне с душевным спокойствием
встретить все, что принесет мне наступающий день.
( Из молитвы оптинских старцев).

 

 

Рождение, детство, юношество, отрочество.

 

Родился я 22 августа 1949 года в г. Горьком в Автозаводском районе в небольшой коммунальной квартирке, в которой проживали 3 семьи. Квартира располагалась на 2-м этаже двухэтажного двух подъездного дома, сделанного из дощатых щитов. Наша семья занимала комнату площадью 14 кв.м. Комната отапливалась дровами, печь находилась посередине  комнаты у правой стены.

Отец, Темнов Петр Игнатьевич, имевший 4 класса образования и прошедший всю Великую Отечественную войну, работал бригадиром на Горьковском автомобильном заводе на сборочном конвейере, где собирали правительственные автомобили «ЗИМ», а затем «Чайку».

Мать, Темнова Ираида Георгиевна, имевшая средне-техническое образование, работала в отделе озеленения ЖКХ района и занималась посадками цветов, клумб, декоративных кустарников и деревьев в скверах и парках нашего Автозаводского района.

8 декабря 1952 года в нашей семье родился 2-й ребенок, моя сестра, Любовь Петровна.

 

О моих корнях.

Интересна и трагична судьба моих дедов по отцовской и материнской линии.

Мой дед по отцовской линии Темнов Игнат Никифорович – крестьянин, проживал в селе Богородское  Духовницкого района Саратовской губернии.       Семья была большая, 12 детей. Мой отец был самым младшим, он родился в 1919 году. Хозяйство было большое: две лошади, два быка, овцы, куры и т.д. Чтобы прокормиться, трудилась вся семья от рассвета до заката. Дед был очень трудолюбивым, на все руки мастер, и его уважали в селе. Но в 1921 году пришла беда – страшный голод, поразивший все Поволжье. Взрослые дети, отделившиеся от семьи и  уже имевшие свои семьи, остались в селе, а мой дед собрал младших и отправился жить на Кубань, где можно было выжить. Всю дорогу  страшно голодали, просили милостыню, но подавали кусок хлеба только на младенца, то есть на моего отца, которому в то время было 2 годика. В первый год до Кубани не дошли, сначала пали лошади, а затем и быки, и пришлось вернуться назад в село. Голод в Поволжье продолжался, и только в 1922 году дед со своей семьей добрался до Кубани. Они поселились на одном из хуторов Славянского района Краснодарского края. Семье выделили землю, и все стали трудиться.

Жили в землянке, затем в небольшой хате – мазанке. Мой дед трудился на земле у зажиточного крестьянина и на своем участке, чтобы прокормить семью. Заработав немного зерна, дед оставил один мешок с зерном  на весеннюю посадку, а чтобы  не было соблазна его съесть, закопал его рядом с домом. Кушать было нечего, голодали. Запаривали солому, пили ее отвар, а весной ели крапиву, лебеду, ловили рыбу в лиманах, но мешок с зерном не трогали, берегли.

И вот пришла другая беда – продразверстка. Продразверстка – это процесс изъятия излишков зерна у богатых крестьян в пользу государства вооруженными отрядами красноармейцев. Красноармейцы вместе с комсомольцами хутора без разбора отбирали зерно у всех крестьян подряд. Нашли закопанный мешок зерна и у нашей семьи. Говорят, что один из комсомольцев, ухаживавший за одной из дочерей моего деда, выдал схрон с мешком зерна. Моего деда, как врага Советской власти, арестовали и отправили в ленинский концлагерь, располагавшийся в г. Славянск на Кубани, где он погиб от голода. Моя бабушка, Мария Лаврентьевна, несколько раз навещала деда. Она рассказывала потом детям, что дедушку она не узнавала, он был худющий, еле передвигался, на его плечах старая солдатская шинель шевелилась от множества вшей.

Там он и умер. Никто не знает, где схоронен мой дед. Вскоре умерла и бабушка. Моего осиротевшего отца от голодной смерти спасли его сестры, которые уже были замужем. С 4-х лет отец работал подпаском, пас хуторской скот. За это его кормили. Когда он подрос и окончил 4 класса церковно-приходской школы, его с разрешения колхозного схода отдали старшей сестре Анне Игнатьевне, (мы звали ее тетей Нюрой), на воспитание. Она отвезла его в г. Горький, где в то время уже построили Горьковский автозавод, (сокращенно – ГАЗ). Тетя Нюра и ее муж дядя Егор работали на автозаводе и жили со своей семьей в бараке, как и многие труженики того времени. Паспорта у моего отца не было и, пока он не получил его, т. Нюра прятала отца в комнате на палатях, (это большая полка над входной дверью), забросав тряпками, от проверяющих паспортный режим милиционеров. Затем жизнь наладилась, отец получил паспорт и устроился работать на ГАЗ в цех, где собирали велосипеды.

Грянул 1941 год и в 22 года отец ушел на войну, которую прошел от начала до конца артиллеристом. Освободив Прагу и закончив войну с небольшими ранениями,  в 1947 году отец вернулся в г. Горький на свой родной автозавод, где продолжил работу в цехе по сборке правительственных лимузинов. В 1948 году он познакомился с моей будущей мамой, Ираидой Георгиевной, и в том же году они поженились. В 1949 году 22 августа на свет появился я.

Дед и бабушка Темновы дали своим детям отменное здоровье. Все мои дяди  и тети много трудились, имели крепкое здоровье,  все жили долго до 80 и более лет. Мой отец ушел из жизни в 86 лет.

 

Мой второй дед по материнской линии Капс Гдалий Моисеевич родился в 1886 году в Соединенных Штатах Америки в штате Филадельфия. К моему глубокому сожалению, я о нем мало что знаю, хотя он умер в 1954 году, когда мне было 5 лет. Родители мне о нем почти ничего не рассказывали по известным причинам, а когда я вырос, сам не расспрашивал, о чем сейчас сильно жалею.

В 35 лет мой дед узнал в Америке о том, что в Советской России в 1921 году объявили о новой экономической политике (НЭП), чтобы возродить в стране утраченное за годы гражданской войны хозяйство. В Америке в то время начинался кризис в экономике, и Россия для некоторых американцев представлялась государством больших возможностей и громадного рынка. Мой дед рискнул. Продал все, что у него было, и со своим компаньоном по бизнесу отправился покорять Советскую Россию. Он поселился в городе Ставрополь-на-Волге, (нынешний Тольятти), построил там лесопилку и начал развивать свой бизнес, как сейчас модно говорить. Когда он принял советское гражданство, я не знаю. В 1923 году он женился на моей бабушке, Вере Ивановне Лазаревой, и в 1924 году родилась моя будущая мама Ираида Георгиевна. К сожалению, моя бабушка рано ушла из жизни, когда моей маме было 2 года, и мой дедушка женился 2-й раз.

И как в предыдущем рассказе, пришла беда и в эту семью. В 1927 году объявили о сворачивании НЭПа. Лесопилку у деда отобрали, и он уехал в г. Горький, где в то время строился гигант советского автомобилестроения – Горьковский автозавод. Мой дедушка сразу был востребован, как и приехавшие на строительство автозавода иностранные специалисты. Завод строился по подобию и по чертежам  американского завода Форда. Вся техническая документация была написана на английском языке, и мой дед был включен в группу переводчиков технической документации. Пришлось перевести на русский язык не одну тонну документов. По воспоминаниям моей мамы Гдалий Моисеевич был  очень образованным человеком, он знал несколько языков, великолепно ориентировался в мировой литературе, обладал прекрасной памятью. Ему сразу выделили в 4-х этажном каменном общежитии комнату, где он и проживал со своей семьей. Я помню это общежитие, бегал по его длинному коридору с общим туалетом и общей кухней. На этаже было около 20 комнат, и проживало одновременно более 20-и семей.

В этом, переводя на современный язык, ДГТ мой отец и встретил свою жену, мою будущую маму. С завершением строительства автозавода дедушка перешел на работу в заводскую библиотеку, где и проработал до пенсии.       Весной 1954 года мой дедушка умер. В то время ему было 65 лет. В моих воспоминаниях дедушка остался сидящим на скамейке в скверике и читающим книгу, а рядом с ним белая собачка, с которой он никогда не расставался.

Каждый свой приезд на свою малую родину, в г. Нижний Новгород,

я в первый же свой день отдыха посещаю кладбище, где похоронен мой дедушка и мои родители, привожу их могилки в порядок. Хотя гораздо чаще это делает моя сестра, проживающая в этом городе.

От моих дедов я унаследовал крепкое здоровье, хорошую работоспособность, стремление все сделать своими руками и целеустремленность в доведении любого дела до конца.

Как и многие дети того времени, я ходил в ясли, а затем - в детский сад.

В 1956 году я пошел в школу, и, в 1964 году окончив 8 классов с хорошими оценками, поступил учиться в ПТУ № 25 нашего района по специальности - электрик по ремонту промышленного электрооборудования.

Но мне не хотелось отставать от своих товарищей, а хотелось учиться дальше, чтобы получить высшее образование и стать инженером, (стать человеком, как тогда говорили). Поэтому в том же 1964 году я продолжил учиться в вечерней школе рабочей молодежи № 20 нашего района, параллельно учась в ПТУ. В то время такое совмещение в учебе запрещалось, но, очевидно, не очень строго, и по ходатайству моей мамы я учился сразу в 2-х учебных заведениях: в ПТУ и в школе. В ПТУ наравне со специальными предметами нам преподавали предметы, дававшие нам духовное развитие. Особенно запомнились мне уроки эстетики, на которых мы познавали культурные ценности нашей Родины. Например, нам приносили картину русских художников, и учили нас «читать» эту картину, представляя себя участником событий, изображенных на ней.

Кроме того, я с интересом занимался в судомодельном, а затем автомодельном кружках Дома пионеров и Дома культуры школьников, увлекался филателизмом, собирая почтовые марки. Занятие филателизмом  помогло мне очень хорошо изучить и знать всемирную географию. Дома я мастерил модели судов, парусников и любил пускать их в прудах нашего районного парка культуры и отдыха. Затем я увлекся сборкой радиоприемников на транзисторах, и я обменял все свои марки на кучу радиодеталей. Все это в дальнейшем и определило мою судьбу, когда я поступил в Высшее Военно-морское училище радиоэлектроники им А.С.Попова в г. Петродворце.

В 1966 году я с отличием закончил ПТУ по выше упомянутой специальности и, получив 3-й разряд, пошел работать на Горьковский автомобильный завод (ГАЗ) в цех «Шасси-2» электриком. Я гордился своей профессией, в то время профессия электрика считалась «элитной». В этом цеху выпускали части переднего и заднего мостов ко всем автомобилям ГАЗа.

Моя зарплата составляла 90 руб. в месяц, которую я полностью отдавал родителям. В тот время отец получал около 120 руб., мама получала около 70 руб, сестра училась в школе, и мы жили как средняя рабочая семья, но уже в другой, большой и просторной, коммунальной квартире со всеми удобствами и с горячей водой, где имели уже 2 комнаты. Раньше в этих квартирах в конце в 30-х годов жили иностранные специалисты, строившие Горьковский автомобильный завод, (бывшее название – завод имени Молотова. Помните автомобили с маркой «ЗиМ»). В бригаде электриков нашего цеха меня приняли хорошо. Работа мне нравилась, она была интересна, тем более, что в цех стали поступать станки с ЧПУ (числовым программным управлением). Авторитет мой постепенно рос, и меня стали уважать за мою самостоятельность, ответственность и аккуратность  в работе, поручали мне сложные задания. Работать приходилось в 3 смены, что выбивало меня из биологического ритма жизни и ночные смены давались мне нелегко, но я терпел. В воскресенье я успевал еще бегать на спортивную площадку, увлекался летом мини футболом, а зимой – хоккеем с шайбой. Моей мечтой в детстве было фигурное катание, но она так и не осуществилась, т.к. не нашла поддержки у моих родителей. За занятия и тренировки надо было платить.

Я продолжал учиться в 11-м классе вечерней школы и в 1967 году успешно ее окончил. В этом же году я пытался поступить в Горьковский политехнический институт на электротехнический факультет, но не прошел по конкурсу, (тяжело было тягаться с ребятами, которые заканчивали в то время школы с математическим уклоном). Но я не оставил свою мечту получить высшее образование по моей «электрической» специальности и пошел на подготовительные курсы от Политехнического института, продолжая работать на ГАЗе, увлекаться автомоделизмом, собирать радиоприемники на транзисторах, играть в хоккей, (даже за цеховую и заводскую команды), и в футбол. Кроме того, я с удовольствием помогал родителям работать на огороде, выращивать картошку и др. овощи.

Такая занятость и нагрузка закалили меня, и в дальнейшей жизни я справлялся со многими жизненными трудностями. Я до сих пор не могу отдыхать. Даже на отдыхе стараюсь найти себе работу.

1968 год круто изменил мою судьбу. Как-то в разговоре о моем дальнейшем жизненном пути мне мама посоветовала поступить в какое-нибудь военное инженерное училище. Ведь в то послевоенное время военных людей уважали, они жили на полном государственном обеспечении, им давали жилье, а после ухода в запас они получали неплохую пенсию. Я задумался. Мне исполнилось уже 18 лет, но меня почему-то не вызывали в военкомат повесткой для службы в армии, и весной этого года я сам прибыл и «сдался» военкому. В военкомате один служащий, побеседовав со мной, посоветовал мне поступать во ВВМУРЭ им А.С. Попова, который находился в Петродворце вблизи г. Ленинграда. В то время у меня не было никакого представления ни о военной службе, ни о военных инженерных училищах, (мама мне посоветовала поступить в высшее военное железнодорожное училище, прочитав о нем где-то в газетах). В моем роду никогда не было военных, разговоры и воспоминания о войне отец не любил, и я не имел никого представления о жизни офицера. А здесь, в этом предложении,  поступать в высшее, да еще военно-морское, да еще радиоэлектроники училище, стать военно-морским офицером, одеть самую красивую военную форму с кортиком на боку, всколыхнуло во мне все мои мечты, фантазии и романтику о море, о белых парусах, о новой интересной науке – радиоэлектронике.

В военкомате мне сказали, что заявок  на это училище у них не было, и мне вначале было отказано. Но моя настойчивость, мое желание учиться именно  в этом училище и поддержка того служащего из военкомата помогли добиться направления на учебу. Я всегда с благодарностью вспоминаю того служащего из обл. военкомата, круто изменившего мой жизненный путь.

В начале лета 1968 г. окончив подготовительный курсы для поступающих в Политехнический институт, забросив за спину рюкзак со сменой белья, я отправился поступать в училище в г. Петродворец, являвшимся пригородом г.Ленинграда. Все вступительные экзамены я сдал на хорошо и, получив 12 проходных баллов, поступил на 1-й, радиотехнический, факультет ВВМУРЭ им А.С.Попова. Там я встретился и сдружился с моим земляком, тоже горьковчанином, Володей Ракитянским, который был моей опорой и «совестью» в курсантской жизни. Он всегда оценивал все мои действия с нравственной точки зрения, и если я что-то делал не так, он всегда взывал к моей совести. Сегодня его уже нет с нами, он неожиданно умер в 1999 году. Кроме него моими закадычными друзьями стали Саша Лазыкин, с которым мы до сих пор дружим и общаемся, Олег Аксенов, Виктор Пронин, Боря Шполянский и др. ребята нашей курсантской роты. Очень жаль Борю Шполянского, отличника учебы и отличного друга, которого отчислили из училища на 2-м курсе за посещение синагоги. Вот были времена! Где Боря сейчас?

В училище я не расставался с транзисторным радиоприемником, который  я смастерил еще на «гражданке» и который помещался в коробочке размером со спичечный коробок. Я его прятал во внутренний карман, который специально пришил к робе (так называлось рабочее платье на флоте), вставлял наушник в ухо и слушал мою любимую радиостанцию «Маяк» в свободное от учебы время и на физзарядке.

Моряков на Руси всегда учили на совесть! Учеба в училище, корабельная  и штурманская практика на учебном корабле «Бородино» с походом вокруг Европы, суровая морская практика, интересные дисциплины, прекрасные преподаватели, преодоление тягот и лишений  военной службы, строгое выполнение распорядка дня, требовательность в учебе, воинская дисциплина, крепкая курсантская дружба, взаимовыручка, чистота взаимоотношений и честность, самостоятельность и ответственность в принятии решения - все это мне нравилось и увлекало. В душе я всегда был и остаюсь  романтиком, и это помогало мне в жизни преодолевать все трудности. Приходилось много трудиться, но этого я не боялся. Я учился в одном из четырех классов нашей роты. В этом классе готовили офицеров-подводников специалистов по радиотехническому вооружению и радиосвязи подводной лодки.

С большой теплотой я вспоминаю нашего командира роты капитана 3 ранга Белячкова Геннадия Ивановича, который заменил нам и отца, и мать. Он был у нас прекрасным воспитателем, психологом, требовательным и заботливым, прекрасным моряком, выведшим нас впервые в море, в Финский залив, на 6-и весельных ялах. Это была наша первая морская практика. А как он переживал за нас на экзаменах! У нас все курсанты нашей роты успешно переходили на следующий курс.

Прочитано 3818 раз

Пользователь