Среда, 23 августа 2017

4.3. Ходили мы походами...

Опубликовано в 4. Ходили мы походами… Среда, 28 апреля 2010 08:59
Оцените материал
(1 Голосовать)

Из воспоминаний бывшего Командующего ТОФ

адмирала Амелько Н.Н.

«В один из приездов в Приморье Алексей Николаевич Косыгин решил ознакомиться с городом Находка, куда я его и доставил на большом противолодочном корабле. В городе Находка, заслушав доклад Председателя Горисполкома, он посетил торговый порт, судоремонтный завод и консервно-баночную фабрику. По дороге я предложил Алексею Николаевичу заехать на базу атомных подводных лодок - это по пути. Он осмотрел базу, ее строительство только что было закончено, остался доволен тем, что всё в комплексе: причалы, казармы, хранилища ракет, санпропускник, лаборатория. Я предложил посетить одну из подводных лодок, накануне вернувшуюся из боевого похода. Он согласился. В санпропускнике надел синее рабочее платье, прошел дозконтроль, и мы вошли на лодку, которую он облазил полностью. У личного состава интересовался службой, бытом, питанием. В каждом отсеке интересовался предназначением механизмов, надежностью работы. Посещением лодки он остался очень доволен».

Вот о походе этой пларк я хотел бы поделиться с вами своими впечатлениями.

Начиная с мая 1964 г. советские атомные подводные лодки вместо автономных походов начали нести боевую службу в удаленных районах Мирового океана. У американцев это называлось боевым патрулированием.

Закончив обучение в Палдиски, наш экипаж прибыл в 26дипл  в б. Павловского для подготовки к приему пларк «К - 23»  от промышленности. Новостроящаяся лодка « К-23» проекта 675 находилась на стапелях судостроительного завода     в г. Комсомольске -  на - Амуре.

Узнав, что одна из пларк собирается на БС, я обратился   к Ф-1 дивизии  с просьбой - принять участие в этом походе, т. к. всегда считал, что штурман все свободное время должен быть в море.   Это - единственная морская профессия в ВМФ. Не плавающий штурман, что не оперирующий хирург. Получив разрешение, я передал дела младшему штурману и вместе со своим командиром и механиком убыл на уходящую пл.

В декабре 1966 г. пларк «К-48» проекта 675   26 дипл под командованием капитана 1 ранга Катышева  А. П. (впоследствии контр-адмирал Герой Советского Союза) получила боевое распоряжение и вышла из бухты Павловского залива Стрелок для несения боевой службы в Филиппинском море.

Командиром БЧ-1  был капитан 3 ранга Асташин  Евгений Васильевич, командиром ЭНГ старший лейтенант                    Шахворостов  В. И. По обоюдной договоренности я взял на себя несение штурманских вахт с 20.00 до 8.00 , т. е. всю ночь, с тем, чтобы днем штурмана могли заниматься своими повседневными делами. Маршрут похода проходил через Японское, Восточно-Китайское и Филиппинское моря, через Корейский пролив и пролив Такара. Каждый из них имел свои навигационные особенности.

К вечеру подошли к Корейскому проливу и всплыли. Форсировать его решили Восточным проходом. Впереди по курсу увидели, что все море было в огнях от японских и корейских рыболовных судов, а рыбацкие сети преграждали нам путь. Двигаться приходилось с большой осторожностью по двум причинам: во-первых, можно было намотать на винты рыбацкие сети и потерять ход,  а во- вторых, мы не включали ходовые огни, шли как призрак.

В связи с обнаружением нескольких десятков работающих корабельных РЛС, выбрали режим работать РЛС - «однообзор» с периодичностью 15 минут. После прохода и погружения до подхода к проливу Такара, соединяющему Восточно - Китайское и Филиппинские моря, все было нормально. Проход проливом Такара затруднен большой скоростью встречного приливо-отливного течения (из Филиппинского моря) до 8-10 узлов. Это было очень серьезной проблемой при форсировании пролива не только для дизельных лодок, но и для атомоходов. Но все прошло благополучно.

Обратил внимание на маяк Такара, который находится на о. Яку. Маяк стоит на скале высотою несколько сот метров и имеет оптическую дальность около 80 миль. По-моему маяков с такой большой дальностью во всем мире нет.

Утром, после определения места и приема РДО, мы  внезапно обнаружили работу в активном режиме ГАС(сонар), а затем сразу работу около десятка таких станций. Оценив обстановку, командир принял решение продолжать движение в район Боевой Службы, уйдя для скрытности «под слой скачка» на глубину 180-200 метров. Работу множества сонаров мы наблюдали несколько часов.

Подвсплыв на перископную глубину, мы обнаружили АПУГ в составе: АВП «Эссекс» и с ним до тридцати кораблей охранения. Вся эта группировка следовала из района, где они вели боевые действия против ДРВ, в базу на Окинаве на празднование Рождества. Поэтому мы для них, как показали при анализе результаты разведки, были неплановыми и неинтересными. Нахождение в центре АПУГа дало возможность наглядно почувствовать, что значит попасть в такую ситуацию в военное время.

До района боевой службы была еще неделя хода. Через 5 суток при подходе к району во время сеанса связи мы получили РДО - развернуться в новый район, расположенный за 1500 миль от нашего местонахождения и быть готовыми по наведению с ОКП ТОФ перехватить идущие из «штатов» в Японию новейшие американские корабли: атомные ударный авианосец «Энтерпрайз» и фрегат УРО «Бенбридж». Просчитав ситуацию, командир принял решение- идти самым полным ходом и в течение трех суток занять новый район.

Начались большие гонки, когда все механизмы в течение 80 часов работали при максимальной нагрузке. Всё были напряжены до предела. Операция была под личным контролем ГК ВМФ и Министра Обороны. Мы с честью ее выполнили. Хотя последние сутки проходили в очень напряженном режиме: 50 минут полного хода, всплытие на перископную глубину, прием очередного РДО с координатами целей и снова погружение и «гонка».

Надо учитывать особенности подводного плавания в Филиппинском море и проходе между Марианскими островами и островами Кадзан при выходе в Тихий Океан.

Во-первых, это малоизученный в гидрографическом отношении район с частыми вулканическими явлениями с появлением и исчезновением целых островов. При подъеме грунта была возможность касания его при движении даже на глубине 180 метров, в то время как глубина на карте была несколько тысяч метров.  Случай касания грунта был с пларк «К-57» в этом же районе годом раньше. Во-вторых, наличие сильных неизученных, а значит неизвестных, подводных послойных течений, когда в зависимости от глубины погружения скорость и направление течения могут меняться на противоположные, затрудняло вести счисление.

Время для обсерваций при всплытии под перископ на сеанс связи выделялось 5-7 минут, что в условиях сильной облачности, крайне недостаточно. Каких - либо приборов для определения величины и направления течений у нас не было, а материалам лоции верить, как показал опыт, нельзя. Мы определяли место при всплытии на сеанс связи каждые 12 часов. Сложность учета течения приводила к появлению невязок в месте лодки до 20-30 миль. При таких ошибках наведение при встречном движении двух скоростных объектов без наличия на борту средств обнаружения объектов на больших дистанциях практически невозможно.

До сих пор удивляюсь, как мы встретились с американскими кораблями. Это было около 17 часов местного времени. Только начинались вечерние сумерки. На очередном сеансе связи в перископ мы обнаружили «супостата». Он шел прямым курсом 270 гр. четко на Запад со скоростью 27 узлов, весь в огнях. Дистанция до него была 75-80 кбт. Он хорошо был виден в перископ. Старший помощник командира капитан 2 ранга Александров по силуэтам обнаруженных кораблей определил, что с АВУА  «Энтерпрайс» следует не просто фрегат,как сообщалось в РДО, а именно, атомный фрегат УРО «Бендбридж», о чём и донесли на ОКП ТОФ. Мы провели две торпедные атаки «условно», а затем еще 2 ракетные. На бумаге потом все выглядело красиво. В жизни вероятность выхода в атаку и уничтожения их  была близка к 8-9%.

Закончив боевое маневрирование, получили приказ следовать в ранее назначенный район, занять его и приступить к несению боевой службы.

Возвращались мы  в основной район БС 6 суток. Маневрирование в районе простое: 7 дней лежишь на одном галсе в сторону о. Гуам бухты Апра, где базировалась 15 эскпл ВМС США  ( 7 пларб типа «Медисон»), 7 дней - на противоположном галсе. Настроение у всего экипажа после такой встречи с американцами было приподнятое. К тому же приближался Новый год, который все с нетерпением ждали. Правда, ничего хорошего в свой первый день он нам не принес.

Я заступил на вахту в ночь под Новый 1967 год. В 00.00 командир лодки поздравил экипаж с Новым годом и ушел отдыхать. Вот тут и начали развертываться события одно за другим.

Сначала сгорел усилитель в одном из приборов навигационного комплекса «Сила Н-675», о котором у штурманов ходила шутка «Бог создал четыре зла: Силу, Лиру и ГА , а потом он обалдел и придумал ГВЛ». Разобравшись в причинах частичного задымления отсека, провентилировали его и немного успокоились. И тут снова почувствовали запах гари и опять произошло частичное задымление 4-го отсека ( на пларк проекта 675 ЦП находится в 4-ом отсеке), т. к. вышла из строя ГВЛ АНС (перископного) секстана. Мы лишились возможности определять свое место астрономическим способом без всплытия в позиционное положение. На устранение неисправности ушло трое суток. За это время наша невязка в месте составила около 38 миль.

В 3 часа ночи командир пошел по отсекам проверять несение вахты л/с.  Вахтенный механик сел за горизонтальные рули для тренировки, хотя это не его дело. Как вдруг лодка перестала слушаться горизонтальных рулей и начала дифферентоваться на нос. Вахтенный механик и вахтенный офицер сначала подумали, что командир решил их проверить и дал соответствующую команду вахтенному 10 -го ( кормового) отсека. На самом деле произошла заклинка кормовых горизонтальных рулей «на погружение». Только тогда, когда дифферент достиг 12 гр. на нос, и мы погрузились со 100 на 160 метров, все поняли, что надо принимать меры. Была дана команда в 10 отсек, и командир лично сумел ввести в действие КГР.

Около 5 часов утра произошло еще одно ЧП. Старшина команды штурманских электриков решил отметить Новый год и выпил 0.5 литра спирта, который он «наэкономил» за время похода. В результате у него произошла остановка сердца. Корабельный врач был не менее пьян, но жизнь ему спас. Это профессионализм.

На этом неприятности не прекратились. Командир БЧ-5 дал распоряжение, что помывка в душе 8-го отсека для л/с БЧ- Люкс (немеханических БЧ БЧ), только до 22.00 часов. Это его «инициатива» могла привести к большой беде. В 23 часа в душ пошел офицер БЧ-3. Как только он намылился, вахтенный электрик выдернул предохранитель на распределительном щите, следуя указаниям командира БЧ-5. Т. к. водонагреватель находился под напряжением, то это привело к короткому замыканию и возгоранию щита, о чем сразу же поступил доклад в ЦП от вахтенного трюмного 8 -го отсека.  После доклада он, используя ВПЛ, потушил пожар. На всё ушло 10-12 секунд. Щит был залит пеной, а пожар ликвидирован. Несколько часов потом электрики чистили этот щит, и что они думали о механике можно только догадываться.

Но всему приходит конец. Наступил момент, когда мы закончили боевую службу в районе и легли на курс в базу. Но не тут то было. Через 6 часов мы получили новое РДО. «Занять новый район                        ( размером 500?900 миль), расположенный за 1200 миль к северо-востоку, и начать поиск американских ПЛАРБ, в готовности с обнаружением вести длительное скрытное слежение». На занятие района  нам выделялось 60 часов. Значит снова большие гонки.

Следует учесть, что пларк проекта 675 специалисты акустики- называли «Ревущая корова», из-за большой шумности работающих механизмов ( особенно из-за «свиста» редуктора ГТЗА). Американские пларб имели шумность  равную фону,  поэтому обнаружить их нашими ГАС было практически невозможно. Об этом знали все, кроме тех, кто нами командовал. Но приказ есть приказ и его надо исполнять. Мы нанесли новый район на карту, рассчитали маршрут и, врубив самый полный, понеслись вперед.

В это время в центральном посту появился интендант и доложил командиру, что продуктов у нас хватит только на время возвращения в базу, т. е. в обрез. Если нам продлят боевую службу на 15-20 суток, а это было реально, в РДО об этом было прямо сказано, то нам есть будет нечего.

Такой случай уже был на пларк «К-57», когда в поход с ними пошел командир 26 дипл контр-адмирал Корбан  В. Я..                Причем, на борт он поднялся за 15 минут до отдачи швартовых. Интендант проворовался и решил в походе сэкономить и покрыть недостачу. Продуктов было на 45 суток. Срок несения БС им продлили на 15 суток. Л/с питался очень скудно. Утром одна сушка и стакан чая, в обед банка тушенки на 3-их, вечером одна сушка и чай. Все думали, что по возвращению интенданта посадят, но его пожалели.

Через двое с половиной суток мы заняли новый район и расположили курс лодки таким образом, чтобы первые 5 суток мы находились как можно ближе к базе. На вторые сутки, вечером мы получили новое РДО. «Командиру прибыть в точку рандеву ( около нашей базы) к 18.00 28 января 1967 г. Экипажу быть готовым к встрече Главы Советского Правительства».

Мы включили приемник «Волна» и услышали в передаче последних известиях, что Председатель Совета Министров СССР  А. Н.. Косыгин прибыл в Приморский край. Нам все стало ясно. Алексей Николаевич хочет посмотреть вернувшуюся из боевого похода атомную подводную лодку. Все стали намекать командиру, что, мол, пора сверлить дырочку для Героя.

И опять полным ходом через три моря домой. За поход пл прошла полным ходом более 250 часов. Такого использования ГЭУ на апл первого поколения на БС никогда не было. Пришли во – время, с запасом 35 минут. Последние три дня на лодке была большая приборка с подкраской. Все «вылизали» и навели порядок. 28 января пларк ошвартовалась у пирса, а мы, трое прикомандированных, ушли к себе в казарму.

И действительно, на утро  29 января на борт лодки поднялся Глава Советского Правительства. Он осмотрел пл , поблагодарил экипаж, но никого не наградили и не поощрили  ни Глава Советского Правительства, ни ГК ВМФ, ни Ком Флотом.   Вообще никто. Хорошо, что хоть не наказали, за что нашли бы. Недаром на флоте ходит поговорка, высшый вид поощрения - снятие ранее наложенного взыскания.

Да. Только на берегу я увидел заместителя командира по политчасти, который первым сошел с корабля и направлялся в ПО с докладом. Оказывается он тоже с нами был на борту, но за все время похода я ни разу не видел его не только в ЦП, но и в кают -компании. Видно «трудно» ему было. Как тут не вспомнить четверостишие, посвященное замполиту, опубликованное в журнале Коммунист Вооруженных Сил № 9-1964г.

«Я ушел отдыхать, он на вахте остался.
Море долго еще продолжало штормить.
Много раз я в походе с вахты сменялся,
Замполита же некому было сменить!»

Прошли годы. Великое противостояние закончилось, и только медаль «Ветерану холодной войны на море» напоминает о делах давно прошедших дней.


Прочитано 5060 раз
Другие материалы в этой категории: 4.2. Великое подводное противостояние »

Пользователь