Суббота, 19 августа 2017

Второй кубинский кризис

Опубликовано в Историк Розин Александр Владимирович Понедельник, 07 июня 2010 18:58
Оцените материал
(4 голосов)

В конце 60-х годов корабли советского флота становились все активнее на просторах Мирового океана, теперь боевые корабли западных стран все чаще находились под контролем советской стороны. Такой рост активности ВМФ СССР вызвал негативную реакцию в США. Их ВМС начали противодействовать советским кораблям в выполнении поставленных задач, что выражалось в опасном маневрировании западных кораблей вблизи от них, в полетах их самолетов и вертолетах на малых высотах над нашими кораблями, в демонстративных приготовлениях к использованию оружия, в имитациях атак и тому подобное. В то же время они все больше приближали районы своих маневров и учений к территориальным водам СССР.

Только в 1970-1971 годах их корабли 5 раз заходили в Балтийское море (10 единиц), 6 раз — в Черном море (15 единиц), 48 раз — в Японское и Беренгово моря (112 единиц). Все это не могло оставаться без внимания советского руководства, в своем выступлении 14 апреля 1970 года Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев сказал: «… на любые попытки с чьей-либо стороны обеспечить себе военное превосходство над СССР мы ответим должным увеличением военной мощи, гарантирующим нашу оборону. Иначе мы поступить не можем».

В качестве ответных мер Главнокомандующий ВМФ приказал увеличить число поисковых операций в Норвежском море, Северо-восточной Атлантике, Средиземном море, совместно с ВМС Кубы провести учения в Мексиканском заливе, осуществить проход с отработкой тактических задач кораблями СФ вдоль восточного побережья США на удалении 100-200 миль от него, кораблям ТОФ совершить поход по Тихому океану с отработкой тактических задач, проводить отработку задач в районах Бахрейна и Диего-Гарсия. Но на пути активизации действий советского флота встала проблема базирования.

Куба, являясь единственным союзником СССР в Латинской Америке, идеально подходила для базирования советских кораблей в этом регионе. Но перед Советским Союзом встала проблема: согласно договоренности достигнутой в послекризисном урегулировании 1962 года СССР обязался не размещать на острове наступательное оружие или его компоненты, а новейшие корабли как раз и являлись носителями подобного вооружения, и было неизвестно, как американцы прореагируют на это. Проанализировав ошибки первого «кубинского кризиса» в Москве пришли в выводу, что действовать с «налета» в прибрежных с Америкой районах не получится. Учитывая явное превосходство американского флота у его берегов и понимание того, что агрессивные шаги только приведут к новой конфронтации с Соединенными Штатами, было решено действовать по-другому. Новой линией поведения была выбрана политика постепенного внедрения в этом регионе. СССР начал действовать, не спеша, маленькими шагами и каждый его шаг закреплял достижения предыдущего для закрепления на Кубе. При этом конечной целью было создание на Кубе постоянного пункта для советских вооруженных сил в частности для ВМФ.

Первый после неудачи 1962 года поход на Кубу советского ВМФ был задуман очень солидно. К его участию привлекались корабли трех флотов Черноморского (РКР «Грозный», БПК «Сообразительный», БРК «Бедовый», танкер «Карл Маркс»), Северного (плавбаза «Тобол», 2 ДЭПЛ пр.641, кроме того, с отрядом действовали ПЛАРК пр.670 и АПЛ пр.627А) и Балтийского (танкер «Лена»). Руководить походом поручили командиру 30 дивизии НК ЧФ контр-адмиралу Степану Степанычу Соколану. Привлеченные к визиту «Грозный» и «Сообразительный» ранее специально готовились для показа на Всемирной выставке в Монреале (куда они, к сожалению, не пошли), и имели образцовый внешний вид и отличный интерьер. На время похода планировалось много встреч, посещений корабля, в том числе и визит Фиделя Кастро и его соратников.

Накануне выхода черноморского отряда кораблей в Севастополь прибыл Главнокомандующий ВМФ Адмирал Флота Советского Союза  С. Г. Горшков, он проверил готовность кораблей к походу. В Атлантике отряды встретились и провели демонстративный поход вдоль американского побережья до Канады и обратно. В Мексиканский залив дизельные подводные лодки было принято проводить скрытно, через Флоридский пролив они шли, одна под плавбазой, а вторая под крейсером. После того как наши корабли встали на якорях в самой середине Мексиканского залива их буквально оцепили вертолеты США с телерепортерами, на все лады комментирующие заход советских кораблей в полигоны боевой подготовки ВМС США. А когда на следующий день по приказу всплыли в надводное положение, американские телерепортеры просто с цепи сорвались. Такая реакция позволила сделать вывод, что скрытный проход подводных лодок удался.

После демонстрации флага, отряд приступил к основной цели задания — визит на Кубу.

20 июля 1969г. В 10 часов утра отряд в кильватерной колонне: РКР «Грозный» под флагом младшего флагмана, далее БПК «Сообразительный», БРК «Бедовый», плавбаза «Тобол», 2 ПЛ пр.641 и танкер «Лена» — вошли в порт Гавана. Как сообщают американцы торпедная АПЛ пр.627А (класс Ноябрь) сопровождавшая отряд осталась в нейтральных водах и не входила в кубинский порт. Сотни тысяч кубинцев вышли встречать советские корабли. С визитами на кораблях побывали высшие должностные лица страны: премьер-министр Фидель Кастро, президент Освальдо Дортикос, министр ВС Рауль Кастро, командующий ВМС Альдо Санта-Мария. За время визита кроме различных мероприятий было проведено и совместное учение кубинского флота и наших кораблей с выходом в море. Присутствие современных судов способных нести ядерное оружие на своем борту в Карибском море и их посещение кубинского порта являлось первым шагом в направлении открытия этих вод для нашего флота, после кризиса 1962 года. Никакого резкого ответа от американцев не последовало. Отряд, выполнив поставленную задачу, 27 июля покинул Гавану и проложил свой поход, посетив при этом порты Форде-Франс (о. Мартиника), Бриджтаун (о. Барбадос) и Конакри (Гвинея). Успех похода окрылил командование ВМФ и оно решило продолжить закрепление в этом регионе.

По иностранным данным, решение построить постоянную советскую базу, было сделано уже в ноябре 1969, спустя всего три месяца после того, как первые советские субмарины посетили кубинский порт. Но по советским данным это произошло несколько позднее. В апреле 1970г. группа моряков во главе с Главным штурманом ВМФ  А. Н. Мотроховым (в группе заместитель командира ДиПЛ капитан 1 ранга Кузнецов, 4 командира АПЛ во главе с капитаном 1 ранга Шауровым и 2 штурманами подводниками) на ГС «Айтодор» обошли Кубу ведя поиск удобных мест для стоянки ПЛ. И такое место было найдено в районе порта Сьенфуэгос провинция Лас-Вильяс на Карибском побережье. Политическое руководство страны приступило к дальнейшим действиям. По дипломатическим каналам в 1970 году была достигнута договоренность о заходах советских кораблей в порты Кубы.

Поощренные успехом первого визита, советское руководство решило использовать Кубу в первых глобальных военно-морских маневрах «Океан». Роль Кубы была в предоставлении ею, её аэродромов для приземления советских бомбардировщиков «Ту-95» переоборудованных для ведения разведки, но способные к доставке ядерных бомб или запуску ядерных ракет. Три пары Ту-95 приземлились на аэродромах Кубы, выполняя перелеты. Эта акция создала новый прецедент, СССР использовал кубинскую территорию для временного базирования ударных самолетов, и никакого американского ответа не было, хоть это и могло трактоваться как нарушение договоренности 1962 года. Флот тоже включился в это рискованное, но необходимое предприятие, при этом секрета из этого не делали, информацию о посещениях помещали в центральных газетах.

С 14 по 27 мая 1970 года, после завершения маневров в кубинские порты Гавана и Сьенфуэгос совершил заход отряд кораблей участвовавший в учениях «Океан» под командованием контр-адмирала Я. М. Куделькина. В состав отряда входили БПК «Вице-адмирал Дрозд», ЭМ «Гремящий», плавбаза, танкер и подводные лодки Северного флота — 2 дизельные ПЛ пр.641 (в том числе «Б-413») и атомоход: ПЛАРК пр.675 «К-135». Как сообщалось, визит был вызван необходимостью пополнения запасов топлива, продовольствия и выполнения ремонтных работ.

Американцы с самого начала вели слежение за советским отрядом. Так 10 мая американский эсминец «Wainwright III» (DIG-28) вышел в море, чтобы перехватить советский отряд из 6 судов. Той ночью, он обнаружил два советских корабля БПК «Вице-адмирал Дрозд» и ЭМ «Гремящий», а на следующий день и остальные корабли отряда две субмарины, танкер и плавбазу которые соединились с первыми двумя, «Wainwright III» сопровождал отряд до их входа в Сьенфуэгос 14 мая.

Впервые кубинский порт посетила атомная подводная лодка, событие само по себе неординарное. Впервые советская атомная подводная лодка «К-181» пр. 627А посетила египетский порт Александрия с 27 декабря 1968 года по 3 января 1969 года, и с тех пор немного стран дружественных СССР удостаивались чести принимать у себя атомные субмарины. Выбор для кубинского визита подобной атомной субмарины был не случайным, лодка несла 4 крылатые ракеты, ограниченной дальности с ядерными зарядами которые могли достать территорию США. Таким образом, уровень советского военного присутствия здесь был, продвинут вперед. Этот визит явно нарушал дух и сущность соглашения 1962 года, и снова не последовало никакого существенного американского протеста.

Желая не попасть в сложную ситуацию было проведено зондирование ситуации на дипломатическом фронте. 4 августа 1970 Юрий Воронцов, (в отсутствии посла Анатолия Добрынина) будучи временным поверенным в США, встретился с Советником Национальной безопасности Генри Киссинджером и поднял вопрос о новом подтверждение договоренности о понижении взаимной опасности который заключили после разрешения в 1962 кубинского ракетного кризиса. В соответствии с ними, Соединенные Штаты уверили Советский Союз, что они не будет вторгаться в Кубу; а СССР в свою очередь согласились удалить ракеты с Кубы и обещали не размещать любое наступательное оружие или ее компоненты на ее территории.

Официально никакого межправительственного договора после кризиса 1962 года заключено не было, все базировалось на совестной договоренности между Кеннеди и Хрущевым. Но после гибели первого и отставки второго, приверженность новых лидеров США и СССР к достигнутым компромиссам время от времени поднималась для подтверждения другой стороной. 7 августа Киссинджер встречается с Воронцовым, и подтверждают, что договоренности остаются в силе. Это был первый раз, когда американский лидер президент Никсон, недвусмысленно принял взаимные обязательства, предложенные в 1962. Международная ситуация для американской администрации в это время постоянно усложнялась. 4 сентября представитель левых сил Сальвадор Альенде выиграв выборы стал президентом Чили, и почти сразу администрация Никсона начала рассматривать способы смещения Альенде. Кроме того, кризис на Ближнем Востоке продолжался, в него вовлекались новые страны. 7 сентября возобновились секретные переговоры Киссинджера в Париже о заключение мира во Вьетнаме. А еще к середине сентября оценка популярности Никсона упала ниже 50%, впервые с тех пор как он занял свой пост. Видимо основываясь на том что, американцы заняты другими делами было решено попытаться официально создать на Кубе военно-морскую базу.

26 августа 1970г. самолет-разведчик ВВС США «У-2» сфотографировал на кубинском островке Кайо-Алькатрас некое подозрительное строительство. В это время к острову двигался отряд ВМФ СССР в составе, которого была плавбаза того класса, который обычно использовался для обслуживания АПЛ. Как было объявлено, отряд кораблей под командованием контр-адмирала Н. В. Соловьева следовал для отдыха в порт Сьенфуэгос. 9 сентября советская флотилия вошла в порт Сьенфуэгос, в ней было 7 боевых и вспомогательных судов, в том числе плавбаза подводных лодок, ракетный крейсер, эсминец, океанский спасательный буксир, и БДК проекта 1171 (Alligator-class LST) который нес две баржи специального назначения, очевидно предназначенные, чтобы обслужить ядерные субмарины.

С 9 сентября американские разведывательные самолеты U-2 начали постоянно следить за советской деятельностью на Кубе, при этом они столкнулись с тем, что при их появлении в небо немедленно поднимались кубинские истребители.. 16 сентября аэрофотосъемка показала, что строительство в гавани в Сьенфуэгосе идет полным ходом, плавбаза была поставлена на якорь к четырем бакенам в глубоководном бассейне, и подводные сети были натянуты поперек гавани. Большой комплекс бараков, административных зданий, и средств обслуживания отдыха был почти закончен на острове Кайо-Алькатрас.

18 сентября информация о строительстве советской базы в Сьенфуэгосе и прибытии туда для обслуживания подводных лодок плавучей базы была доведена до президента Никсона. Киссинджер сказал Никсону, что присутствие советской плавучей базы способной обслуживать новые атомные ракетные подводные лодки проекта 667А с баллистическими ракетами, которые недавно начала патрулировать в Северной Атлантике, в комбинации с другим строительством в Сьенфуэгосе, было «зловещим»; и увеличивало возможности Советского Союза в стратегическом противостоянии с США. Никсон и его главные советники имели различные мнения о том, как поступить. Никсон не хотел нового витка обострения отношений, а Объединенный комитет начальников штабов требовал удалить плавбазу, Киссинджер также полагал, что подобные действия не должны игнорироваться. Никсон определил проблему в Сьенфуэгосе как важную, но не настолько важную что бы вновь балансировать на грани войны, он пробовал разрешить ее дипломатическим путем.

Никсон предупредил Министра иностранных дел СССР  А. Громыко, что США внимательно следят за ситуацией.
Администрация пробовала сохранить данные факты в секрете, но уже 25 сентября история всплыла на страницах американских газет, первой о ней сообщила «Нью-Йорк Таймс». Никсон от комментариев отказался и поручил это сделать Киссинджеру, который на пресс-конференции заявил что Соединенные Штаты смотрят на нахождение плавбазы в Карибском море с предельной серьезностью и они потребовали чтобы все компоненты наступательного оружия должны быть удалены с Кубы.

В ответ Добрынин 27 сентября заявил, что не было нарушений соглашения 1962 года, так как никакое наступательное оружие не было установлено в Сьенфуэгосе. На другой встрече с Киссинджером 5 октября, Добрынин вновь подтвердил законность соглашения 1962 года, и заявил, что он готов от имени его правительства подтвердить, что субмарины с баллистическими ракетами никогда не будут базироваться на порты Кубы. Киссинджер сказал, что если СССР немедленно выведет плавучую базу, то США будут рассматривать все случившееся как обычную боевую учебу.

9 октября Генри Киссинджер передал Анатолию Добрынину заявление от Президента Никсона, приветствующего советские гарантии, но предлагающего американскую интерпретацию договора 1962 года. Так по их версии СССР не должен устанавливать, использовать на Кубе, средства для базирования или ремонта советских военно-морских кораблей способных нести наступательное оружие, то есть субмарины или надводные суда, вооруженные ядерными ракетами класса земля-земля. Примечание имело список из пяти определенных действий, которое американское правительство сочло бы нарушением соглашения 1962 года.

Добрынин выступил с возражениями против расширения толкований соглашения ущемляющее советские интересы. 10 октября 1970г. плавбаза и спасательный буксир покидают Кайо-Алькатрас. 13 октября агентство печати ТАСС опубликовало «Заявление ТАСС» с опровержением публикаций в западной печати о строительстве Советским Союзом на Кубе постоянной базы для АПЛ. Американские источники подтвердили, что плавбаза оставила Сьенфуэгос.

22 октября Громыко, на встрече с Никсоном, вновь подтвердил действие соглашения 1962 года еще раз. Фотографии, доставленные самолетами разведчиками U-2, показали приостановку, а позже и прекращение строительства. 23 октября американская администрация посчитала, что кризис закончился, после того как Вашингтон получил гарантии от СССР, что строительство было приостановлено, и что советская плавучая база покинула Сьенфуэгос. ООН оставался в стороне в течение этого кризиса. Но как оказалось, до конца было еще далеко.

7 ноября в районе Сьенфуэгос вновь оказывается плавбаза, она просто обошла Кубу и вновь вернулась на место. В начале декабря центральные советские газеты сообщили что в декабре 1970г. отряд кораблей в составе БПК, ПЛ и танкера посетит Кубу с деловым заходом. Реакция США была однозначной: «Продолжение пребывания в кубинских портах атомных подлодок будет означать самое тяжелое осложнение советско-американских отношений». Плавбаза покидает Кубу 31 января 1971г.

А уже 14 февраля 1971г. на ее месте находилась аналогичная плавбаза. Как было объявлено, прибыл очередной отряд советских кораблей. С 9 по25 февраля 1971г. отряд кораблей, совершавший учебное плавание в Центральной Атлантике в составе БПК «Вице-адмирал Дрозд», АПЛ пр.627А, плавбазы и танкера в соответствии с договором осуществил заход на Кубу в Сьенфуэгос. Реакция американцев последовала, но она относилась к присутствию на Кубе плавбазы, на наличие в порту атомной подводной лодки внимание не акцентировали. Киссинджер -Добрынину 22 февраля 1971г.: «Пребывание на протяжении 125 из последних 166 дней советских плавучих баз для атомных подлодок не соответствует договоренностям 1962 года». База и подлодка опять покидают берега Кубы.

А в мае 1971г. опять визит плавучей базы и атомной ракетной ПЛ. Как сообщалось отряд кораблей в составе 1 ПЛ и вспомогательного судна совершавший учебное плавание в Центральной Атлантике в соответствии с договором посетил Кубу для пополнения запасов и отдыха экипажа. На этот раз подводная лодка вновь была ракетной — ПЛАРК пр.675 с крылатыми ракетами. Лодка, свободно посетила Сьенфуэгос и этот визит не вызвал никакой американской реакции. После этого плавучие базы для советских атомных субмарин, изрядно потрепав нервы американцам, больше в Кайо-Алькатрас не появлялись. Но другие корабли флота частоту посещений кубинских портов не снижали.

С 31 октября по 9 ноября 1971г. отряд кораблей, совершавший плавание в Атлантике совершил официальный визит в порт Гавана. Отрядом командует контр-адмирал Н. В. Соловьев, в него входят 2 БПК «Севастополь» и «Смышленый», 1 ПЛ и танкер. Продолжалось расширение советского военно-морского присутствия на кубинской территории, так в 1972г. вертолетные экипажи корабельного противолодочного полка ВМС СФ проводили воздушную разведку в районе военно-морской базы Сьенфуэгос на Кубе. Весной 1972г. очередная ПЛАРК пр.675 «К-1» СФ в составе отряда кораблей под общим командованием капитана 1 ранга А. М. Калинина совершила визит в порт Сьенфуэгос на Кубе, в составе отряда были БПК «Севастополь», ЭМ «Скромный».

Конфронтация вокруг Сьенфуэгос была опасным предприятием, но по ее результаты оказалась важными для выработки дальнейшей линии поведения. В Москве поняли, что могут продолжать свою стратегию, как только американское внимание будет отвлечено. В СССР ждали почти год для очередного шага. Посещение Президентом США Никсоном Москвы в мае 1972 для подписания Договора ОСВ I обеспечили идеальную ситуацию для следующего испытания. США стремились поддерживать спокойствие в течение переговоров, по этому администрация посоветовала американскому военно-морскому командованию избегать конфронтации с СССР на море.

В этот раз было решено выделить для захода в кубинский порт подводную лодку с баллистическими ракетами, была выбрана дизельная ракетная подводная лодка проекта 629А (Гольф II класс). Это была не современная подводная лодка, но она несла хоть и не новые но три баллистические ракеты «Р-21» подводного старта с дальностью стрельбы 1400 километров и таким образом хорошо подходила, чтобы проверить американскую реакцию. В виде дополнительной предосторожности для визита «Гольфа» был выбрана тихая гавань в Байя де Нипе (Bahia de Nipe) на атлантическом побережье, на противоположной стороне от американской базы Гуантанамо. Субмарина оставалась там, в течение пяти дней и потом покинула порт, чтобы присоединиться к сопровождавшим ее кораблям. Посещение не осталось незамеченным кораблями американского флота — 18 эскадроном эсминцев (U. S. destroyer Squadron 18) назначенными контролировать советские действия на Кубе.

Эскадрон состоял из шести судов, три базировались в Mayport и три в Ки-Уэсте (Флорида). Он работал преимущественно во Флоридском проливе и на западе Карибского моря. После того как советская субмарина оставила гавань, американские военные корабли установили с ней акустический контакт и следовали за субмариной в течение трех дней. В течение этого времени «Гольф» неоднократно предпринимал попытки оторваться от преследования, но американские эсминцы, направляемые самолетами ПЛО P-3 Orion, действующими с авиабазы в Ки-Уэсте (Флорида) устойчиво поддерживали контакт. При этом американские военные корабли были вовлечены в морское противоборство с советскими военными кораблями, пытающимися помочь уйти подводной лодке от слежения американцев. Никакого официального заявления администрацией Никсона сделано не было. Ни относительно присутствия советской субмарины с баллистическими ракетами в Карибском море, и использование кубинского порта для обслуживания судна, ни по факту конфронтации между американскими и советскими военными кораблями в нейтральных водах у кубинского побережья. Устойчивое, терпеливое преследование ограниченных целей Советским Союзом привело к желательным результатам, возможность использования кубинских портов для обслуживания субмарин с баллистическими ракетами уже не вызывала резкой реакции Соединенных Штатов как двумя годами ранее в сентябре 1970 года.

Хотя и после этого всего советский флот не поддерживал на постоянной основе своего присутствия в Карибском бассейне, он не забывал этот район. Только после 1970 г. советские корабли 29 раз совершали походы на Кубу с заходами в Гавану и Сьенфуэгос. Отрабатывались действия в Мексиканском заливе. Почти в половине всех походов в составе отрядов действовали 1-2 подводные лодки. Средняя продолжительность пребывания в Карибском бассейне составляла 40 суток, самым длительным был поход в 91 сутки. Советская морская авиация использовала кубинскую авиабазу в Сан-Антонио-д-лос-Банос для обеспечения действий разведчиков «Ту-95» и противолодочных «Ту-142». Продолжал действовать советский разведцентр в Лоурдесе, а советские разведывательные корабли и вспомогательные суда находились в водах, омывающих восточное побережье США, выполняя периодические заходы на Кубу. В порту Сьенфуэгос советским кораблям в 1978 году был выделен причальный фронт, были сосредоточены необходимые запасы материальных средств.

Литература.
* Бережной  С. С. «Атомные подводные лодки. ВМФ СССР и России.» «Наваль коллекция» Специальный выпуск, 2001г.
* Брилев  С. «Так сколько же карибских кризисов пережил мир?» Газета «Комсомольская правда».
* Капитанец  И. «ВМФ в послевоенные десятилетия» Журнал «Морской сборник» 1994 № 2
* Касатонов  И. В. «Флот вышел в океан». М. «Андреевский флаг» 1996.
* Мотрохов  А. Н. «О службе флотской в шутку и в всерьез» С-П. «Наука» 2000г.
* Щедролосев  В. В. «История создания и развития надводных сил Северного флота». Журнал «Тайфун» № 2 1998
* «Красная звезда» 20.07.1969.; 14.05.1970.; 11.09.1970.; 06.02.1971.; 23.05.1971.; 21.10.1971.
* «Известия» 28.05.1970.; 15.09.1970.; 08.12.1970.
* «На страже Заполярья» 18.03.2000г. стр2.
* «Морская газета» прил. «Флот» 01.07.1999г. стр1.
* С сайта http://www.historycentral.com/press/Review/1997/autumn/art5-a97. htm
* С сайта http://www.cidcm.umd.edu/Research/LatinAmerica/bg189. cfm
* С сайта http://garfieldre2. k12. co. us/news/0000E0FE-80000002/0000E4FF-80000002/0000E50C-80000002/0000E515-80000002/00103D40-004C4E07-00070436? Templates=Printable
* С сайта http://www.heritage.org/icb/
* С сайта http://www.nwc.navy.mil/Navy/destroyer2/Wainwright%20III. html

Розин Александр.

Прочитано 7095 раз
Другие материалы в этой категории: « Матрос Харитонов с АПЛ К-19

Пользователь