Понедельник, 27 Март 2017

Работа серийного отдела

Опубликовано в Капитан 1 ранга Бозин Ларион Михайлович "Очерки торпедной жизни" Вторник, 19 Май 2015 12:24
Оцените материал
(1 Голосовать)

Итак,  отдел  укомплектован.  Начальник  и  заместитель - опытные  эксплуататоры.  На  флотах  их  знают  достаточно  хорошо.  Их,  в  отличие  от других,  торпедисты  флотов  не  назовут  «учеными»  или  «наукой»:  им-то  уж  не  навешаешь  на  уши  флотскую  лапшу,  как  в  свое  время  это  проделал  Геннадий  Стафиевский  с  «ученым»  акустического  института  Володей  Смирновым.  Некоторые  сотрудники  здесь  «от  сотворения  мира».   Других  рекомендовали  начальники  кафедр  Академии  и  Классов. Третьих  подобрали  сами  начальники.  Четвертых  им  «встромили»  силовым  приемом  начальники  более  высокие.  Пора  уж  руководству  отдела  показать,  что  не  напрасно  их  рекомендовали  в  институт.

 Стрельба  боевыми  торпедами  очень  ответственная  часть  боевой  подготовки.  В  торпеды  постоянно  вносятся  изменения,  торпеды  проходят  ремонты   и  приготовления.  Работают  с  ними  люди  различной  квалификации:  мало  ли  что  может  быть  с  торпедами.  Если  боевая  торпеда  при  выстреле  по  скале   взорвалась - можно  спать  спокойно.  Торпеда,  как  образец  оружия,  боеспособна.  Выстрел  по  скале  просто  организовать  противокорабельными  торпедами  с  унифицированными  запальными  устройствами.  А  вот  противолодочными  торпедами,  наоборот,  сложно.  Их  взрыватели  заблокированы  аппаратурой  самонаведения:  если  торпеда  не  наводится  на  подводную  лодку,  то  незачем  ей  и  взрываться.  Глубина  хода  противолодочных  торпед  ограничена  сверху:  во  избежание  приповерхностных  помех.  Так  что,  если  хочется  выстрелить  противолодочной  торпедой  по  скале,  то  нужно  снять  блокировки  и  подобрать  отвесную  скалу - а  это  десятки  метров - а  то  еще  вылезет  торпеда  на  пологую  отмель,  не  взорвется,  и  кувыркайся  потом  с  нею.  Потому  и  стреляли,  в  основном,  такими  торпедами,  с  которыми  хлопоты  минимальны.

 В  1979  году  под  серьезное  подозрение  попала  торпеда  САЭТ-60М:  две  боевых   торпеды  не  взорвались  при  стрельбе  по  мысу  Пикшуева  на  Северном  флоте  (даже  не  прошли  установленную  дистанцию)  и  одна  на  Тихоокеанском  флоте  в  Советской  Гавани.

 -Серийному  отделу  Военно-морского  института - «Боевая  тревога!».  Установить  причины  отказов,  произвести  повторную стрельбу.

 Для  «эксплуататоров»  это  самое  милое  дело,  настоящая  работа.  И  полетели:  Рудольф  Гусев  с  двумя  специалистами  завода - на  Северный  флот,  а  Ларион  к  себе  домой,  на  ТОФ.   Дым  отечества…А  с  ним  Михайлов  Владимир  Федорович. Пора  ему  с  Тихоокеанским  флотом  познакомиться.

Вначале  разоружили  несколько  торпед….

На  Северном  флоте - отвратительное  приготовление:  недолив  электролита - и  не  граммы,  а  литры;  грубое  повреждение  стыковочных  поверхностей  боевых  зарядных  отделений  (а  проверять  эти  торпеды  на  герметичность  нельзя  ни  в  коем  случае).  Такая  торпеда  «утонет»  еще  в  торпедном  аппарате,  если  до  выстрела  в  процессе  хранения  в  аппарате  или  на  стеллаже  не  задействуется  батарея  из-за  повышения  давления  в  отсеке  лодки.

 Везде  должны  быть  профессионально  подготовленные  люди.  Экономия  на  использовании  малоквалифицированного  личного  состава  вместо  мичманов - по  современной  терминологии  контрактников - ведет  к  серьезному  снижению  боеготовности  флота.  Переход  на  контрактную  службу  пойдет  на  благо  флоту.

 На  Тихоокеанском  флоте  торпеды  приготовлены  правильно,  но  ведь  боевая  торпеда  не  взорвалась!  Почему?  Случай  не  простой:  главного  «вещдока» - торпеды - нет.  Полминуты  шла?  Ясно,  причину  нужно  искать  в  цепи  питания  электродвигателя.  По  старой  привычке  начальника  ОТК  проверяем  ремонт  и  «голыми  руками»  берем  виновных  за  шиворот.  Наждачной  бумагой  иногда  зачищают  контакты  контакторов  и  коллекторы  электродвигателей,  что  может  привести  к  их  возгоранию:  повреждаются  поверхности  контактов  и  нарушается  кадмированное  покрытие  коллекторов  двигателей.

 На  Северном  флоте  приготовили  4  торпеды:  хоть  что-нибудь  взорвется.  В  море  пошли  солидные  люди:  начальник  МТУ  СФ,  начальник  Серийного  отдела  института,  флагмин  бригады,  специалисты  завода.  Выстрелили  первую - взорвалась.  Ура!.  Выстрелили  вторую - тоже  взорвалась.  На  радостях - третью  и  четвертую.  Порядок!

Там-то  и  подружились  Г. Емелин  и  Р. Гусев  и  впоследствии  руководили  УПВ  ВМФ  в  качестве  начальника  и  заместителя  соответственно.

 При стрельбе  боевыми  торпедами  стреляющие  испытывают  большое  эмоциональное  напряжение.  Дважды.  Первый  раз  во  время  выстрела.  Если  через  несколько  секунд  после  выстрела  слышен  упругий  низкочастотный  звук  работающих  винтов  торпеды - порядок!  Торпеда  пошла!  Напряжение  спадает,  наступает  облегчение.  Через  несколько  минут - расчетное  время  движения  торпеды  до  скалы - снова  большое  напряжение:  время  вышло,  а  взрыва  нет!   Знают  стреляющие,  что  торпеды  чуть-чуть  «не  тянут»  по  скорости  и  фактическое  время  хода  на  несколько  секунд  больше  расчетного,  а  все  равно  напряжение.  Наконец,  взрыв!  Все  облегченно  вздыхают,  пожимают  друг  другу  руки  и  идут  немножко  «снять  стресс».

 В  Совгавани  все  выглядело  скромнее:  тщательно  приготовили  одну  торпеду,  пошли  в  море,  благополучно  отстрелялись.

 Большие  начальники  надавали  по  шее  начальникам  поменьше - кому  и  за  что  следовало - вопрос  был  «закрыт»  и  служба  продолжалась.  Такова  одна  из  сторон  деятельности  Серийного  отдела  Военно-морского  института.

 Господа  предприниматели!  Пора  открывать  прииск  по  добыче  серебра  у  мыса  Пикшуева.  Так  сказать,  на  континентальном  шельфе.  Только  за  один  раз  там  положили  полтонны  серебра.  А  сколько  там   стреляли  «до  того»?   Да  и  после  того. У  самого  уреза  воды  безопасно:  там-то  и  взрываются  торпеды.  А  вот  поодаль - в  километре  и  далее - поостерегитесь:  там  лежат  не  дошедшие  до  мыса  торпеды.  Они  опасны.  Риск,  конечно,  дело  благородное,  но  береженого   бог  бережет.  Поостерегитесь.

 Ларион  уже  «осмотрелся  в  отсеках»:  побывал  на  заводах,  полигонах,  в  институте  «Гидроприбор»,  его  филиале,  само  собой,  на  флотах.  Пора.

 -Рудольф!  Первая  проблема,  от  решения  которой  будет  наибольшая  отдача  флоту  от  нашей  здесь  работы,  заключается  в  следующем.  Срок  содержания  торпед  на  носителях - один  год.  Срок  назначен  без  обоснования.  Когда  его  назначали  в  1965-ом  году  для  СЭТ-65  и  чуть  позже  для  53-65К,  этого  было  достаточно.  Корабли  ежегодно  становились  в  док  а  иногда  и  в  ремонт,  разоружались  и  проблем  не  было.  За  последние  15  лет  флот  существенно  вырос  количественно,  а  возможности  судоремонта  остались  практически  на  прежнем  уровне.   По  факту  корабли  плавают  по  полтора  года  а  иногда  и  больше  без  постановки  в  док.  А  у  торпед - написано  пером - все  равно  один  год  и  остался.  В  результате  в  период  плавания  корабль  приходится  вооружать  дважды.  Это  не  есть  хорошо.  Нужно  увеличить  срок  содержания  торпед  на  носителях  до  полутора - двух  лет.  Решение  этой  проблемы  проявится  в  следующем:

 -почти  вдвое  сократится  нагрузка  на  базы  оружия  по  приготовлению  боевых  торпед  для  кораблей  и  их  разоружению  после  приема  с  кораблей.  Соответственно  и  на  личный  состав  кораблей  по  приему  на  корабли  и  сдаче  торпед  на  базы.

 -увеличится  сохранность  материальной  части  торпед.  Многочисленные  приготовления-разоружения  не  способствуют  ее  сохранности.  Уж  мы-то  с  тобой  знаем  это  лучше,  чем  кто-либо  другой.

 -плавбазы  теряют  свое  значение,  как  пункты  переприготовления  торпед.  А  ведь  их  немало:  14  корпусов!  Когда  срок  содержания  торпед  на  носителях  был  3  месяца  (СЭТ-53М,  например),  в  этом  был  смысл:  из  Вьтнама,  Ливии  или  с  Кубы  не  будешь  гонять  плавбазы  каждые  3  месяца  домой  за  свежими  торпедами.  Потому  на  них  и  организовано  повторное  приготовление  торпед. А  раз  в  два  года   сходить  домой  за  свежими  торпедами - сам  бог  велел.  Специально   ездил  к  проектантам   в  «Айсберг»  и  попросил  дать  экспертную  оценку:  сколько  торпед  можно  взять  на  торпедную  палубу,  если  очистить  ее  от  оборудования   для  приготовления  торпед,  к  тому  же,  уже  исключенных  из  боекомплекта  носителей,  и  демонтировать - за  ненадобностью - кислородную  станцию.  Ответ  дали:  по  запасу  остойчивости  можно  принять  дополнительно  24  торпеды  (50  тонн)  на  торпедную  палубу,  хотя  по  геометрии  можно  разместить  до  сорока  торпед.  Сейчас  вместимость  плавбаз  44  торпеды.  Можно  увеличить  до  70-ти.  Потребуется  установить  в  трюме  6  пиллерсов   для  подкрепления  палубы  и  стеллажи  для  размещения  торпед  на  ней - пустячная  работа  для  Кронштадского  судоремонтного завода. 

 -теряют  смысл  подвижные  базы  приготовления  торпед.  Работал  я  на  них  в  поле.   Несерьезно  как-то.  Везем  5-6  отдельных  составных  частей,  в  поле  собираем  их  и  выдаем  на  носители.  Так  давай  будем  хранить  в  подземных  сооружениях  приготовленные  торпеды  и  повезем  собранную  в  стационарных  условиях  торпеду  да  и  выдадим  ее  на  корабль.  Это  же  проще  в  разы.  Схема  подачи  торпед  на  носители  предстанет  в  следующем  виде:  КРАЗ  с  7-ю  готовыми  торпедами  заезжает  на  малый  десантный  корабль  на  практически  необорудованном  побережье,  а  на  рейде  наш  военный  транспорт,  исполняя  роль  плавкрана,  передаст  торпеды  на  носители.

 -наконец,  немалые  деньги.  Боекомплект  флота  по  основным  образцам  торпед - СЭТ-65,  53-65К - около  9000.  Объем  приготовления   только  по  этим  образцам сократится  тысячи  на  четыре.  А  каждое  стоит - оптовая  цена  УПВ  на  технический  осмотр - 780  рублей.  Итого  более  3-х  миллионов  в  год.  Конечно,  3  рубля  в  своем  кармане  больше,  чем  3  миллиона  в  бюджете,  но  мне  как-то  не  по  себе  от  неразумного  расходования  денег.  Это  у  меня  от  долгой  работы  на  хозрасчетном  предприятии - в  арсенале.  Я  уже  понимаю,  что  просто  так  за  красивые  глаза  нам  никто  ничего  делать  не  будет.  А  ты  тут  вращаешься  уже  шесть  лет.  С  какого  боку  приняться  за  решение  этой  проблемы?

 Гусеву  не  нужно  ничего  долго  объяснять  или  в  чем-то  убеждать:  его  всегда  отличала  быстрота,  с  которой  он  «въезжал»  в  проблему,  принимал  решение  и  выстраивал  план  его  реализации.

 -Важно  создать  прецедент.  Начать  нужно  с  завода  «Двигатель».  Там  толковый  старший  военпред  Володя  Сущенко,  да  и  руководители  завода  Корсаков,  Худин,  Балуев - мужики  правильные,  к  флоту  задом  не  повернуты.  На  беседу  с  ними  мы  напросимся,  хотя,  конечно,  начнем  с  Сущенко.  А  ты  на  очередных  сборах  будешь  рулить  торпедной  секцией,  готовься  убедительно  доложить.  Поддержкой  руководства  завода  «Двигатель»  заручимся  заблаговременно.  С  тебя  решение  секции  по  этому  вопросу.  Тогда  военпреды  уже  будут  обязаны  работать  по  этой  проблеме.

Идея  овладела  массой  из  трех  человек: Лариона,  Рудольфа  и  Владимира  Федоровича  Михайлова  и  стала  материальной  силой.  И  стало  так,  как  было  решено.  

Капитан  2-го  ранга  Михайлов  В.Ф.  служил  и  на  лодке,  и  на  базе  оружия.  Все  выгоды  от  реализации  идеи  представлял  лучше,  чем  кто  бы  то  ни  было.   Документы:  проект  совместного  решения,  программу  испытаний,  акты  приготовления  и  разоружения  торпед  после  двухлетнего  содержания  на  носителях  с  оценками  состояния  материальной  части  торпед,  наконец,  проект  решения  об  увеличении  срока  содержания  торпед  завода  «Двигатель»  на  носителях   согласовывал  и  оформлял  с  поразительной  быстротой.  Но  и  торпеды  стоили  самых  высоких  оценок.

 Сказанное  получило  отличное  подтверждение  в  работе  по  продлению  сроков  службы  торпед:  две  торпеды,  пролежавшие  в  контейнерах  более  15  лет  в  среде  азота  под  пломбами  завода  “Двигатель”,  при  проверке   не  имели  ни  одного  отказа  ни  по  какой  составной  части!  Прекрасный  результат.  О  заводе  «Двигатель»  можно  сказать:  «фирма  веников  не  вяжет».

 Наконец,  заветная  цифра - два  года  содержания  на  носителях  вместо  одного - появилась  в  руководящих  документах.  Зачем  так  подробно  о  какой-то  цифре?  А  вот  зачем.   Работа  по  замене  этой  цифры  заняла  почти  три  года.  Такие  цифры  нужно  обосновывать,  отстаивать  вплоть  до  докладов  самым  высоким  начальникам,   еще  на  стадии  согласования  Технического  задания.  А  для  этого  их  нужно  предвидеть.  В  этом  также  заключается  смысл  научной  работы.  Если  для  этого  не  хватает  опыта  научных  сотрудников  института,  значит  нужно  привлекать  Минно-торпедные  управления  флотов.  Заключения  по  эскизным  и  техническим  проектам  торпед  от  Минно-торпедных  управлений  флотов  были  бы  весьма  полезными  для  разработчиков.  Пусть  они  и  не  носили  бы  обязательного  характера.  Сам  факт  прочтения  их  высокими  московскими  начальниками  уже  немало  значил  бы  для  разработчиков.  Возможно,  им  пришлось  бы  давать  объяснения  московским  начальникам  по  замечаниям  Минно-торпедных  управлений  флотов.

 А  затем  настала  очередь  торпеды  53-65К.  Рудольф  Гусев  к  этому  времени  был  уже  у  руля  торпедного  отдела  в  Москве.  И  как  распорядитель  кредитов  на  предприятиях  промышленности  был  уже  не  просителем,  а  заказчиком,  более  чем  просто  уважаемым  человеком.  Как  говорится,  «одной  левой»  продлил  срок  содержания  10-ти  торпедам,  уже  находившимся  на  носителях,  с  одного  года  до  2-х  лет.  Но  и  торпеда  порадовала  своих  создателей.  Главный  конструктор  торпеды  Даниил  Самуилович  Гинзбург  лично  проверил  торпеды  после  2-х  летнего  содержания  на  кораблях.  И  был  приятно  удивлен  тем,  что:

 -все  10  торпед  оказались  герметичными

 -у  всех  10-ти  торпед  сопротивление  изоляции  сказалось  в  норме.

Это  объективные  показатели  «здоровья»  торпеды.  Так  же,  как  нормальная  температура  тела  человека  и  нормальное  артериальное  давление  на  80%  определяют,  что  человек  здоров.  Хотя  кое-что  по  мелочи  и  вылезло.  Но  это  нормально.

 Благодаря  высокому  чиновничьему  положению  Гусева,  проблема  была  решена  за  1,5  года,  вместо  3-х.  Документальное  оформление  работы  вел  отличный  специалист  по  этой  торпеде  Виктор  Борисович  Гуминский.  Кстати,  как  абсолютно  безнадежный  в  плане  написания  диссертации,  был  «силовым  приемом»  уволен  начальником  управления.

 И  базы  оружия  флота  ощутили  заметное  снижение  нагрузки  на  личный  состав.  Долго  Ларион  тянул  с  постановкой  этой  проблемы.  Было  бы  ему  не  греть  пузо  на  солнышке  в  Новороссийске,  а   сразу  поступать  в  торпедную  академию  на  Эгершельде  и  далее  в  МТУ  ТОФ.  Но  он  на  службу  не  напрашивался,  хотя  и  от  службы  не  отказывался. 

 Настала  очередь  решения  второй  проблемы.   И  снова  завод  «Двигатель» - головной. 

 -Генрих  Николаевич!63  Флот  получает  от  Вас  торпеды  в  виде  6-ти  отдельных  составных  частей,  каждая  в  своем  контейнере.  Скажите,  не  все  ли  равно,  в  чем  ехать  на  флот  и  далее  по  базам  оружия   аккумуляторной  батарее:  в  отдельном  контейнере,  или  в  аккумуляторном  отделении  торпеды,  которое  является  для  батареи  таким  же  контейнером.  Или  прибору  курса:  в  отдельном  контейнере,  или  на  своих  штатных  кронштейнах  в  торпеде.  Идеальный  вариант:  торпеда  в  сборе  в  одном  контейнере.  Для  транспортировки  и  хранения  один  контейнер  намного  лучше,  чем  6  контейнеров.  Все  эти  6  контейнеров  разногабаритны,   неприсоединяемы  друг  к  другу,  обслуживаются  различными  грузоподъемными  механизмами  (маленькие - врукопашную),  хранятся  на  отдельных  площадках.  Территории  баз  оружия  завалены  контейнерами.  Соберите  нам  торпеды  в  кучу.  При  транспортировке  по  железной  дороге  имеет  место  некоторая  тряска,  но,  по  нашему  мнению,  она  на  порядок  меньше,  чем  удары  по  торпеде  во  время  выстрела  или  при  приводнении,  когда  стреляют  с  высокобортных  кораблей.

 -В  одном  контейнере,  наверное,  не  получится:  не  следует  везти  сюда  в  центр  города  взрывчатку.  Пусть  она  идет  на  флот  прямо  с  заводов  Химпрома.   А  вот  все  остальное,  за  исключением  электролита,  можно  собрать,  как  вы  говорите,  в  кучу.  Контейнер  удлиним - это  не  сложно -  чтобы  на  флоте  при  необходимости  можно  было  бы  торпеду  в сборе  в  таком  контейнере  хранить  и  транспортировать.  Вместо  боевого  зарядного  отделения  сделаем  фальшивый  отсек,  в  котором  можно  разместить  неконтактный  взрыватель,  ЗИП  1:1,  катушку  телеуправления  и  т.п.…  Но  пробную  транспортировку   до  Владивостока  нужно  будет  организовать.  Посмотрим,  как  торпеды  в  сборе  перенесут  дорогу.

 Неожиданно  легко  согласился  завод  с  деловым  предложением.  В  чем  же  тут  дело?  Генрих  Николаевич,  конечно,  правильный  человек,  но  не  только  в  этом  суть  дела. Военпреды  разъяснили:  в  стоимость  комплекта  поставки  входит  не  только  стоимость  торпеды,  но  и  стоимость  6-ти  контейнеров.  А  когда  контейнеров  останется  только  два,  то  стоимость  изготовления  4-х  контейнеров   останется  заводу.  Кроме  того,  завод  не  сам  изготавливает  эти  контейнеры,  а  заказывает  их  на  стороне. Так  что  при  поставке  торпед  в  двух  контейнерах  заводу  не  только  выгода,  но  и  существенное  уменьшение хлопот.

 И  стало  так:  вначале  несколько  торпед  в  сборе  покатались  на  автомашине  по  дорогам  Крыма.  1000  километровый  путь  перенесли  благополучно.  Затем  партия  из   15-ти  торпед  в  сборе  была  отправлена  во  Владивосток.  По  прибытии  туда  все  торпеды  были  проверены  специалистами  завода  и  получено  заключение  о  безопасности  транспортировки  для  материальной  части  торпед.  И  торпеды  в  сборе  пошли  на  флот.  Прецедент  был  создан.  Этому  примеру  вскоре  последовали  и  другие  заводы.  Такая  поставка  торпед  с  заводов  давала  основание  перейти  на  выпуск  торпед  из  ремонта  в  таком  же  виде,  что  повысило  бы  готовность  торпед  к  выдаче  на  носители.   Для  этого  нужно  было  переработать  технологические  процессы  на  ремонт.  Но  осуществиться  этому  не  было    суждено:  перестройка  и  последовавший  за  ней  разгром  флота  привел  к  тому,  что  почти  все  флотские  арсеналы  превратились  в  пункты  утилизации  торпед.  Грустно.  Поздновато  пришел  Ларион  в  институт.  Лет  хотя   бы  на  десять  пораньше.

Прочитано 968 раз

Пользователь