Понедельник, 01 Май 2017

Перишер

Опубликовано в Капитан 1 ранга Теренов Александр Иванович "Хождение за три моря" Понедельник, 11 Май 2015 10:32
Оцените материал
(1 Голосовать)

Находясь в Индии, иногда, стыдно признаться, заглядывал во флотскую библиотеку. Интересовали меня флотские американские журналы типа нашего Морского сборника под названием Proceedings, британские - Janes DEFENCE WEEKLY и Janes NAVY INTERNATIONAL, в которых всегда можно было получить новости о флоте, анализ его состояния и перспективы развития. Советские газеты и журналы попадали к нам с большим опозданием, а разгул демократии выхолостил их содержание, оставив только политиканство и стенографию заседаний парламента. Однажды в библиотеке наткнулся на книжку о подготовке командиров подводных лодок в Британском флоте. Чем больше углублялся в чтение, тем больше поражала не только сама идея, сколько смелость и необычный способ ее реализации. Общепризнанно (в том числе индийцами), что наша система подготовки подводников – одна из лучших в мире, по крайней мере была. В основном это касается подготовки экипажей в учебных центрах, таких как в Обнинске, Палдиски и Сосновом Бору. Здесь же речь шла только о подготовке командиров подводных лодок. Для меня все это было чрезвычайно интересно, так как я вроде и командир подводной лодки, и высшие командирские курсы закончил, и в учебном центре с экипажем учился. Долго мучился с переводом: perish – означает погибать, тонуть, терять качества, портиться; значит perisher – человек, с которым все это происходит. Что же это за курсы такие, где надо обязательно погибать или портиться? Официальное название курса – Commanding Officer Qualifying Course the Perisher (Курсы подготовки командиров Перишер).

История курсов началась в далеком 1917 году, после анализа причин неоправданно большой потери британских подводных лодок в Первой мировой войне, и с тех пор не прерывалась. Небольшой учебный центр, рассчитанный на 4–5 групп по 4–5 офицеров расположен на территории военно-морской базы Фаслейн в Шотландии. Учебный корпус с современными тактическими тренажерами, собственный пирс, маленькая гостиница с кают-компанией и баром под названием Perisher – все это в распоряжении кандидатов в командиры. Дело в том, что они лишены возможности увольнения, в том числе и встречи с семьями по причине нерегламентированного рабочего дня, длящегося с 07.00 до 24.00. Все общение – в узком кругу коллег и преподавателей в кают-компании и баре.*16 Культура пития – тоже элемент, который подвергается испытанию.

Курс рассчитан на 16 недель, включая 12 недель теории в базе и на тренажерах, почти как у нас на командирских классах. В это время идет подготовка по оружию, его боевому применению, тактике использования корабля, мерам безопасности в море. Огромное внимание уделяется работе с перископом, умению мгновенно оценивать обстановку через перископ. Руководит каждой группой капитан 2–1-го ранга, бывший командир подводной лодки, имеющий талант преподавания и авторитет. Власть у него абсолютная, как у монарха, но и доверие к нему государства также абсолютное. Он и учитель, и экзаменатор. На любой стадии обучения, в том числе в море, он, вызвав вертолет или буксир, может отправить неспособного кандидата в командиры на берег, и тот уже никогда не только не будет командовать подводной лодкой, но и вообще служить на ней. Вызывает восхищение степень доверия к офицеру-руководителю в звании 2-го ранга. У нас в штабах таким доверяют только за водкой сбегать.

При посещении штабов слушатели получают необходимые знания по планированию операций, оформлению решений на картах. В процессе подготовки на берегу каждым кандидатом самостоятельно оформляются решения на картах по каждому из 30 тактических эпизодов, а затем эти эпизоды отрабатываются на тренажерах по два на рабочий день. Особый упор делается на доклад своего решения, его защиту и разбор эпизода после его завершения. Слушатели поочередно занимают должности командира, старпома, штурмана и офицера оружия.

После теоретического курса следуют выходы в море для отработки и проверки полученных знаний на практике. На каждую группу выделяют по дизельной подводной лодке (сейчас, в связи с отсутствием дизельных лодок, выделяют атомную). Штатный командир с экипажем несет полную ответственность за корабль, помогая руководителю в обучении офицеров. Почти круглые сутки (с 05.00 до 22.00) идет боевая учеба от простого к сложному: всплытия на перископную глубину в простых, сложных гидрометеоусловиях, в районах интенсивного судоходства и рыболовства. По 10–15 раз за сутки каждый кандидат выполняет задание, докладывая об оценке обстановки и принятом решении руководителю. Далее переходят к торпедным атакам. Выделенный надводный корабль многократно проходит через район с задачей обнаружить подводную лодку, атаковать или сорвать ее атаку. Отрабатывается, а затем и проверяется все, в том числе волнение и суетливость, концентрация и выносливость, гибкость ума, реакция и самообладание, способность правильно оценить обстановку, адекватно на нее реагировать. Руководитель группы, на перископной глубине поддерживая непрерывную связь с надводными кораблями, через второй перископ оценивает безопасность и правильность маневра. Ракетные атаки (баллистическими ракетами) не отрабатывают, так как считается, что они не требуют знания противника, его тактики, навыков и быстроты реакции, как при торпедных атаках.

Существуют основные приоритеты при выполнении любой задачи в море, которые внедряются в головы будущих командиров:

- безопасность любого маневра;

- скрытность для избежания контр-обнаружения

- и только затем достижение цели.

Поэтому любые действия или команды будущего командира, приводящие на конечном этапе обучения к опасному маневру – самый легкий путь к провалу экзамена.

Первые несколько дней в море район полностью закрывают для плавания рыбаков и гражданских судов, и только затем задачи значительно усложняются обилием быстроходных, опасно маневрирующих целей, рыбаков и штормовыми условиями. Часть времени уделяется отработке на мелководье, отработке навыков ведения визуальной, радио и радиотехнической разведки у портов и баз.

На втором выходе надводных кораблей уже не менее трех, изображающих поисково-ударную группу или отряд боевых кораблей. На третьем завершающем выходе каждый «оставшийся в живых» кандидат отрабатывает самостоятельную тактическую задачу, например: скрытный переход в заданный район для поиска и уничтожения ПЛ противника, форсирование противолодочного рубежа, обеспечение разведданными амфибийной группы при высадке десанта, постановка мин и т.д. Решение оформляется и докладывается на берегу, а в море дается 1–2 дня на его реализацию. Последний выход приурочивается к флотским учениям, на которых фактически применяется практическое оружие, в том числе и стрельба по береговым объектам «Томагавками».

Такая интенсивная деятельность на берегу и в море, особенно атаки, уклонения и всплытия, недосып, физическая усталость, очень быстро выявляют слабаков и середнячков, которым, как считает командование ВМС, не место на мостике подводной лодки. Вердикт руководителя группы не подвергается сомнению ни руководством, ни «перишерами». Одна из традиций курса: «перишер» узнает о своей неудаче в последний момент, когда его вещи уже кем-то собраны и переправлены на прибывший буксир, а руководитель вручает неудачнику бутылку виски.

При таких драконовских правилах на эти курсы приглашаются офицеры из стран Британского Содружества Наций, имеющих подводные лодки: Новая Зеландия, Индия, Австралия, Канада и т.д. Даже британские офицеры механической специальности могут попробовать испытать счастье. Кандидатов из США обычно не бывает, боятся. Успешно заканчивают курсы 50–60% от поступивших. Это очень дорогое удовольствие – около 1 млн. фунтов на каждого, но государство не жалеет денег, так как они окупаются безаварийным плаванием кораблей под руководством самостоятельных командиров. Правила, при которых кандидаты, провалившие курсы, не могут рассчитывать не только на еще одну попытку, но и на дальнейшую службу на подводных лодках, вообще, очень жестоки. Вот и ответ на вопрос, почему курсы называются «Perisher». Видимо, офицеры получают слишком серьезный психологический стресс, морально подавлены, что не может им позволить продолжение службы на подводных лодках, а только на надводных кораблях и в штабах.

Безусловно, Великобритания – великая морская держава, и нельзя недооценивать мудрости руководства флота и страны: 90 лет назад, еще в разгаре Первой мировой войны, проанализировав причины большой, неоправданной потери подводных лодок, сделало правильные выводы и решило проблему подготовки командиров раз и навсегда.

После того как Британия отказалась от дизель-электрических подлодок, подобные интернациональные курсы командиров с 1995 года начали проводиться в Нидерландах. Обучение идет на английском языке. Программы тренировок рассчитаны таким образом, чтобы слушатели обоих курсов могли отрабатываться друг против друга как на тренажерах, так и в море. Думаю, что и нам пора послать на подобные курсы пару способных, перспективных офицеров, ведь опытом западных стран нельзя пренебрегать.

Как я понял из книги, а затем из бесед с офицерами, прошедшими курсы, командование ВМС Британии считает, что должность командира многоцелевой подводной лодки – самая сложная в сравнении с командирами любых надводных кораблей, даже авианосцев и стратегических подводных лодок. Возможно, это потому, что надводные корабли всегда имеют связь с берегом, да и ходят обычно в группах, а командир подлодки – под водой, вдали от берега остается с возникающими проблемами один на один, ведь ему в тяжелой аварийной ситуации необходимо сначала всплыть, чтобы уравнять шансы со смертью. Часто и это бывает невозможно по тактическим соображениям. Значительно отличается, например, тактика действий стратегической и многоцелевой подводных лодок. Если первая, обнаружив в море любую цель, уходит от нее, избегая обнаружения, то у второй все с точностью наоборот. Она активно сближается с целью, «обнюхивает» ее для полноты классификации, определяет параметры ее движения и занимает позицию слежения или стрельбы. В этом вопросе наша тактика не отличается ни от британской, ни от американской. И пусть не обижаются наши уважаемые командиры ракетных «бомбовозов», это мнение британских моряков.

Из Интернета я недавно узнал, что эти курсы существуют и по сей день, продолжительность их увеличилась до
24 недель, так как с 1994 года дизель-электрических подводных лодок в Британии уже нет, а обучение проводится на атомных лодках. Учебный центр переместили на юг, на территорию военно-морской базы Плимут, где располагается Школа подводников. Произошли изменения и в учебном процессе. Много времени уделяется демонстрации слушателям возможностей системы дальнего гидроакустического наблюдения «Sosus», посещению командных пунктов, штабов и центров противолодочной борьбы, наблюдения за подводной обстановкой. Слушатели летают на самолетах противолодочной авиации в качестве дублеров, выходят в море на противолодочных кораблях, изучая тактику действий противолодочных сил. С некоторых пор слушатели начали выходить в море на пару суток на рыболовецких судах для полноты понимания психологии рыбаков, значительно усложняющих жизнь подводникам. Успешно закончивших курсы после 16 недель направляют на предприятия промышленности по всей стране, где в течение оставшихся 8 недель офицеры знакомятся с новыми разработками, организацией судостроения и судоремонта.

Меня только удивляет – почему таких курсов нет для командиров надводных кораблей (а возможно и есть, только мы об этом не знаем), ведь после их окончания офицер может без затруднений освоить не только любую командную, но и штабную должность. Командир корабля в Британии – штучный товар, в отличие от нас, где мы берем количеством.

В 2002 году произошло еще одно важное событие в истории курсов: первый и единственный представитель ВМС США успешно их закончил. Мне было забавно читать впечатления американского офицера – штурмана подводной лодки «Мемфис» – об этих курсах. Оказалось, главная трудность для него была в освоении «королевского английского языка», на котором общаются моряки Британии. Кроме того, по его словам, очень большая разница в устройстве кораблей и в командных словах при управлении кораблем, различное толкование даже одинаковых команд. Значительно отличается организация службы на кораблях и тактика действий флотов. Например, штурман подлодки США «руководит навигацией», в то время как британский ведет прокладку и оформляет карты самостоятельно. Все эти различия не позволили американскому офицеру сразу приступить к обучению на курсах, потребовалось два месяца его интенсивной предварительной подготовки. Так что не все просто в Королевстве и в США, особенно при взаимодействии флотов. Не очень-то стремятся они к унификации своей морской деятельности на тактическом уровне, хотя на стратегическом – полное взаимопонимание. К слову сказать, офицер тот хоть и закончил успешно курсы, так и не стал командиром корабля, но с 2003 года американцы регулярно посылают двух офицеров на Перишер по обмену.

Когда-то и у нас были попытки организовать подготовку командиров кораблей на соединениях. Называлось это – командирские сборы. Но командир соединения и его заместители были слишком заняты текущими проблемами и не могли уделить столько времени для обучения, поэтому благое намерение заканчивалось формалюгой.

Как все-таки мы отличаемся от британцев, до и от всего остального цивилизованного мира не только по менталитету, но и по остальным параметрам. Взять хотя бы методологию подготовки выводов и принятия решений. И если 90 лет назад за первые три года войны Британия, потеряв 40 подводных лодок,*17 сделала вывод о том, что в их гибели виноваты в том числе командиры, (а разве у нас по другому, разве у нас командир не в ответе за все и всех?!)
и приняла решение в корне изменить систему их подготовки, то в нашей стране все с точностью до наоборот. Мы тоже анализировали, делали выводы и приняли соответствующее своим выводам решение – в «помощь» командиру дали комиссара, старшего на борту и особиста. Результат не замедлил сказаться: мы и в мирное время потеряли столько подводников и подводных лодок, в том числе атомных, что волосы встают дыбом.

Я абсолютно убежден, что флот, да и не только его, губит недоверие к офицерскому составу всех уровней. За командиром всегда наблюдают: замполит или воспитатель, старший на борту и компетентные органы. Вместе с тем статистика, хоть и продажная девка, показывает, что все контролеры не только не предотвращают навигационные и другие происшествия, но своим присутствием невольно способствуют им, лишая командира инициативы и самостоятельности. Вместо того чтобы научить командира до его назначения на должность, а затем дать ему возможность проявить себя, мы посылаем контролеров, которые не несут юридической ответственности, но позволяют вышестоящему командованию как бы снять эту ответственность с себя.

Флот, как никакой другой вид вооруженных сил, силен традициями, одна из которых – система подготовки командиров подводных лодок «Перишер», существующая в Британии без перерыва уже 90 лет. Помимо традиционной формы одежды, воинских званий и взаимоотношений, есть еще одна важная традиция – порядок, порядок и еще раз порядок. Зло должно быть наказуемо, а порядок восстановлен. Этот вывод я сделал еще в юные годы, прочитав книгу «На “Баунти” в Южные моря» – историю о трагической судьбе британского корабля и его экипажа. Поскольку учил немецкий, то не знал, что «Баунти» – райское наслаждение в форме шоколадного батончика с кокосом – означает в переводе с английского «щедрость». Меня поразила эта история всем: искусством мореплавания, жесткой дисциплиной и самоуправством командира, преданностью, предательством, подвигом и подлостью. В те годы я еще только мечтал о плавании по неизведанным морям и открытии новых островов Океании. Очень долго искал я на карте острова, описываемые в книге соратника Хейердала, и только служа на Тихоокеанском флоте, карауля американские ракетные подлодки у Марианской впадины, начал различать острова «Баунти» и Полинезию с «Таити» и «Питкерном», на которых и разворачивались те события. Не буду пересказывать знаменитый роман, но в моей памяти осталось то, как капитан (хоть и был негодяем), высаженный бунтовщиками с горсткой людей на баркасе, добрался до цивилизации за тысячи миль без морских карт с минимальным запасом продовольствия и воды, а затем и до родины. Как Адмиралтейство через несколько лет послало в те воды еще один корабль с целью поимки участников мятежа. Как большая часть из них была найдена на бесчисленных островах Океании, которые нормальному человеку не найти на карте, не то что в море, и возвращена в метрополию. Закон и порядок были восстановлены, виновники бунта повешены, традиции соблюдены. А ведь это было более 230 лет назад!

Сейчас я задаю себе риторический вопрос – как бы поступили британцы, верные традициям порядка, дисциплины и законности, если бы слава и гордость страны – флот Ее Величества – был бы доведен до ручки? Повесили бы по давней традиции виновных на реях или просто не допустили бы этого?!

 

Сегодня, когда всего лишь несколько кораблей стран НАТО, вошедших в Черное море, своей боевой мощью в разы превосходит весь Черноморский флот, поневоле задумываешься о приоритетах в политике государства по отношению к флоту. Очень уж не хочется, чтобы эти приоритеты совпадали с изменившимися со временем приоритетами старого моряка-ветерана: в юности - подводная лодка, водка и молодка, к старости - кефир, клистир и теплый сортир. На этой «оптимистичной» ноте можно было бы и закончить свой опус и не выражать далее свои мысли и чувства в рамках ненормативной лексики, но еще теплится надежда. Ведь уже было в нашей истории, когда практически весь Российский флот, разгромленный Японией, всего за каких-то 8–10 лет восстановил свою боевую мощь, потому как народ российский поднялся на его защиту и не оставил в беде. 

Прочитано 2349 раз
Другие материалы в этой категории: « Организация флота Эпилог »

Пользователь