Пятница, 26 Май 2017

Послесловие к окончанию моей службы на подводной лодке «С-381»

Опубликовано в Подполковник м/с Викторов Виталий Львович "Воспоминания врача дизельной подводной лодки" Вторник, 05 Май 2015 21:40
Оцените материал
(1 Голосовать)

Читая мои воспоминания о службе под началом Олега Васильевича Волошина, многие из вас уже, наверное,  отметили некоторую тенденциозность в подаче материала. Львинная доля этого раздела моего эссе посвящена противостоянию с командиром лодки.  Я и сам ощущаю слабые места моего повествования, всем своим нутром понимая, что многое упущено. Самая лучшая память у бумаги, она помнит все, что на ней написано. Но, дневников я никогда не вел, всегда  считал  «бумагомарание» ужасной глупостью. Я всегда отличался хорошей памятью, но время безжалостно посмеялось над ней, вытравив огромную часть информации. Память сохранила лишь наиболее яркие эпизоды, которые не оставили меня равнодушным, чему-то научили, обогатили бесценным жизненным опытом. Я забыл фамилии некоторых моряков, которые служили вместе со мной, например,  не припомню фамилию химика-санинструктора, а ведь я неоднократно посещал с ним госпиталь, обучал его вопросам асептики и антисептики. Мне стыдно признаваться в этом, но я действительно многое успел забыть окончательно и бесповоротно. Я не могу с большой достоверностью вспомнить даты тех или событий, хорошо, что во временах года я еще кое как ориентируюсь.  Сегодня, спустя много лет, я продолжаю прогулки по волнам моей памяти, делясь с вами своими впечатлениями и сокровенными мыслями. Предвижу ехидные ухмылки офицеров-механиков, которые, наверное,  обратили свое внимание на многие неточности в изложении мной эпизодов, связанных с отсутствием достаточной компетентности. Приношу им свои извинения за допущенные ошибки. Я всего лишь врач, описывать подробности обслуживания дизелей и аккумуляторных батарей, - не моя прерогатива. Во время службы я тоже не был великим специалистом в этой области, а теперь мои познания и вовсе сократились до минимума. Минер и штурман тоже могут бросить камень в мой огород, обвинить меня в непрофессионализме. И все они так же будут правы, нельзя, наверное,  мне было вторгаться на «чужую» территорию. Но служить на подводной лодке, описывая эту службу лишь через призму взаимоотношений людей, было бы тоже  несправедливо. Главным составляющим в моем повествовании, являются ощущения, именно их я и пытался отобразить на страницах своей книги.  Непростые отношения с командиром лодки, непрерывная борьба с ним, отстаивание своих интересов, конфликты и ссоры на грани фола, - все это прочно вошло в мою память. И сейчас, много лет спустя,  после моей службы на пл «С-381» я раз за разом прокручиваю в памяти все эпизоды нашего противостояния, осмысливая заново все пережитое. Мне было очень тяжело вести эту изматывающую, порой бессмысленную борьбу, в которой не было победителей, а были лишь проигравшие. Волошин не победил меня, как ни пытался это сделать. Я тоже не согнулся, не проиграл баталию, несмотря на то, что расклад  сил был не в мою пользу, но радости мне это не принесло. В душе осталась какая-то горечь и опустошенность. Об этом периоде моей службы у меня не сохранилось ни одной фотографии, как будто и не было службы на пл «С-381», не было командира Волошина, не было товарищей офицеров. Хорошо, что хоть в памяти что-то осталось. В студенческие годы я любил фотографироваться, но в данном отрезке своей жизни, сама мысль об увековечении памяти, казалась мне, крайне нелепой и даже идиотской.  Лишь потом, спустя много лет, я осознал, что получил хорошую школу жизни. Противостояние с Олегом Васильевичем закалило меня, выковало бойцовские качества, столь необходимые не только для военной службы, но и для жизни. В последующие периоды службы мне все было легко и просто, никакие трудности меня уже не страшили. Военным человеком  я все же стал, но произошло это как-то незаметно, определить точную дату  моего перехода из одного качества в другое, практически невозможно. 17 лет прошло после моего расставания с военной службой, но для незнакомых людей, тех,  кто случайно соприкоснулся со мной волею обстоятельств, моя выправка и манера поведения моментально дает ответ на вопрос,  кем я был раньше. После короткого контакта мой визави обычно задает вопрос, уже изрядно надоевший мне: «Вы, наверное, военный?»

-Да, - отвечаю я, - был когда-то.

     После расставания с Олегом Васильевичем Волошиным прошло около года. Я уже служил на другой лодке. Взлелеяный человечным отношением, уважением  и любовью ко мне со стороны нового командира и лодочных офицеров, я перестал вспоминать про те невзгоды и унижения, связанные с предшествующим периодом службы. Однажды, пробегая по территории береговой базы, я нос к носу столкнулся с Волошиным. Вопреки моим опасениям мой бывший командир удивительно тепло и радушно приветствовал меня. Он долго жал мою руку, расспрашивал о службе под началом другого командира. На прощание он разразился откровением.

Извини. Я тогда не оценил тебя по заслугам. Придирался  к тебе по пустякам, но ты старался, как мог, и, в общем, все делал правильно. Не было ни одного случая, чтобы, выходя в море у нас на борту не было свежих продуктов. А сейчас, с новым доктором приходится через раз питаться сухарями и консервами.

Да, подумал я, глядя на своего бывшего начальника, перевоспитал тебя татарин. Оказывается, не такой уж я был и плохой. Доктора познаются в сравнении. Удивительное дело, но моя неприязнь к этому человеку куда-то мгновенно  улетучилась. Даже как-то жалко его стало. Люди мы отходчивые, зла не помним.  

     Все последующие встречи с Олегом Васильевичем проходили в дружеской атмосфере, как будто мы и не были никогда «заклятыми друзьями». Вот как все бывает в жизни сложно и непредсказуемо.

Прочитано 1474 раз

Пользователь