Понедельник, 26 Июнь 2017

Советский "Герострат-Подводник"

Опубликовано в Вице-адмирал Рязанцев Валерий Дмитриевич Среда, 15 Апрель 2015 12:16
Оцените материал
(9 голосов)

В 356 году до н.э. грек Герострат, с целью увековечивания в истории человечества своего  имени, сжег храм Артемиды Эфесской – одно из 7 чудес света. За этот «личный подвиг» Герострат действительно «прославился» на века. Что-то я не припомню, чтобы советские разрушители храмов  писали  в Правительство  СССР ходатайства о присвоении Герострату звания Героя Советского Союза, как первому человеку, который начал борьбу с культом религии.

Благодаря писателю-маринисту Н.А. Черкашину, сегодня  узнал о том, что в СССР оказывается , был свой «Герострат», который сознательно хотел сжечь в Белом море «чудо подводного кораблестроения – атомную подводную лодку 941 проекта «Акула». Имя его - Игорь Гришков, в 1991 году командир атомного подводного ракетоносца Северного флота ТК-17. В статье «Огненное погружение» http://avtonomka.org/vospominaniya/1168-ognennoe-pogruzhenie.html  (хотя точнее было бы – «Огненное всплытие») писатель Н.А. Черкашин рассказывает как командир АПЛ капитан 1 ранга И. Гришков в море, во время выполнения практической ракетной стрельбы, всплыл в надводное положение посреди «горящего Белого моря», загоревшегося от взорвавшейся ракеты. Мастерски и  красноречиво описывает Н. А. Черкашин, как командир ТК-17  после всплытия в надводное положение, подождал пока « загорится облицовочная резина легкого корпуса, пока прогорят сальники выдвижных устройств, пока расплавится металл верхней крышки входного люка и крышка приварится к комингсу люка, пока от 1000 градусной температуры (откуда она только  возникла?) не заклинит выдвижные устройства».  Потом командир АПЛ «прозрел» и погрузился, чтобы сбить пламя (возможно, у командира АПЛ совесть проснулась, и он понял, что сжигая «чудо подводного кораблестроения»,  таким образом, славы себе он не заработает). И вот за то, что командир АПЛ ТК-17 «вовремя одумался», Н. Черкашин и иже с ним, ходатайствуют о присвоении И. Гришкову звания Героя России.



Не смог командир АПЛ ТК-17 «прославится» сожжением подводной лодки, давайте «прославим» его за то, что «вовремя потушил собственноручно подожженный подводный ракетоносец». Я уже писал о том, что Н.А. Черкашин «сказочник всероссийского масштаба», «народный сказочник подплава», но таких собственных фантазий, которые он придумал в статье «Огненное погружение», от него не ожидал. Здесь он переплюнул не только Сальвадора Дали с его горящим жирафом, но и писателя-фантаста Г. Уэлсса с его «Войной миров». Фантастики здесь «выше крыши». Командир ТК-17 «предотвратил новый Чернобыль, спас несколько городов Беломорья, спас Белое море от экологической катастрофы, спас подводную лодку и экипаж и т.д.» Ну, чем не триллер, где главный герой побеждает все зло! Да за такие подвиги мало одной Золотой Звезды и звания Героя. Общественности надо немедленно ходатайствовать о присвоении И. Гришкову не только звания Героя России, но и звания «Беломорский Прометей». Он ведь «принес огонь людям Беломорья»!. На Северном флоте таким героем является не только И. Гришков. Командир подводного ракетоносца К-219 капитан 2 ранга И. Британов в 1986 году «спас» от ядерной катастрофы города Атлантического побережья США, спас Атлантический океан от экологической катастрофы». Правда, свой корабль И. Британову не удалось спасти, поэтому его отправили в отставку.


Но сегодня некоторые лица поднимают вопрос о признании И. Британова Героем. Раньше ведь недооценили его «подвиги».  Теперь и о «подвиге» командира ТК-17 капитана 1 ранга И. Гришкове вспомнили. В чем же  заключается подвиг командира АПЛ ТК-17? Вот  как об этом  нам рассказывает И. Гришков.   «…замигала лампочка «автоматическая отмена старта»…Я приказал всплывать, чтобы дать радио на береговой КП. С приходом на перископную глубину крейсер сотрясли три мощных – один за другим –удара… Всплываем в надводное положение аварийно, всплываем с нарастающим креном на правый борт и дифферентом на нос. Бросаюсь к перископу. По всему горизонту обзора – пламя, объемный пожар, даже неба не видно. Горела неисправная ракета. Ракета была твердотопливная, но в головной части было жидкое и очень токсичное горючее. От высокой температуры загорелось резиновое покрытие корпуса».


 Поясняю читателям. При автоматической отмене старта ракеты, командир не обязан немедленно всплывать, чтобы донести об этом. Он должен привести ракетный комплекс в исходное состояние, а потом всплыть для донесения. Командир ТК-17 этого не сделал. Если же после автоматической  отмены старта на информационном табло загорелись индикаторы  нестандартных ситуаций с ракетой, командир обязан объявить аварийную тревогу. Допустим: «Аварийная тревога. Пожар в шахте №3. Всплываем на перископную глубину» Или «Аварийная тревога, поступление воды в шахту №3» В таких случаях, исходя из оценки обстановки, оценки состояния АПЛ, командир сам принимает решение вести борьбу за живучесть в подводном положении или всплывать в надводное положение. По рассказу командира ТК-17 нештатных ситуаций в шахте практической ракеты не было, просто высветился транспарант: «автоматическая отмена старта».


Подобные  случаи на наших ракетоносцах случались довольно часто и никогда они не приводили к таким последствиям, как это было на ТК-17. Даже, когда за ракетной стрельбой наблюдал президент РФ В. В. Путин, случилось такое. Но ведь это не привело к взрыву ракеты на глазах у президента.  Далее, при всплытии подводной лодки необходимо заранее поднять перископ для того, чтобы с приходом на перископную глубину быстро осмотреть горизонт. Если на поверхности моря или в воздухе нет никакой опасности для подводной лодки, продолжить всплытие в надводное положение. Что делает командир ТК-17? Он дал команду на всплытие на перископную глубину не приводя ракетный комплекс в исходное положение. При подходе к поверхности перископ не поднял, горизонт не осмотрел. После серии ударов на перископной глубине, не разобравшись в чем дело, не разобравшись в состоянии АПЛ, не осмотрев поверхность моря, дает команду на всплытие в надводное положение аварийно (т.е. сразу продуваются воздухом высокого давления (ВВД) , все цистерны главного балласта – средней группы и концевых групп). Сразу замечу, что после серии мощных ударов, на АПЛ никто аварийной тревоги не объявлял, команда «Осмотреться в отсеках» не подавалась. Таким образом, можно предположить, что состояние АПЛ в этот момент было нормальным: забортная вода в прочный корпус не поступала, газовый состав и радиационная обстановка были в норме, ход АПЛ не теряла.



Вопрос, что же побудило командира АПЛ всплыть в надводное положение аварийно, без осмотра горизонта? Об этом в своем рассказе командир ничего не говорит. Хотя уточню, командир предположил, что выдвижными устройствами столкнулся с обеспечивающим кораблем. Когда же после всплытия он в перископ увидел, что АПЛ всплыла посреди моря огня, почему же не дал команду на срочное погружение? Зачем передавать радио на берег и обеспечивающий корабль, когда все вокруг  корабля  горит и горит сама АПЛ? Ну,  погрузись, отойди  на 5-10 кабельтов от места первоначального всплытия и повторно всплыви. На это потребуется максимум 15-20 минут. Н.А. Черкашин поясняет читателям,  почему командир не мог сразу погрузится. Потому что у него не было ВВД для повторного продувания ЦГБ и заклинило одну линию вала. Вопрос Н. Черкашину: «А куда же подевался ВВД?» Конструктивно на АПЛ предусмотрен запас ВВД такой, чтобы его хватило дважды подряд продуть аварийно все ЦГБ (не включая сюда запас ВВД в командирской группе). Поэтому руководящими документами и предусматривается при нахождении в море иметь запас ВВД не менее 85%, а в командирской группе - всегда 100%. Куда же дели воздух на ТК-17 после однократного продувания ЦГБ? Однако, потом, когда ракетоносец чуть не взорвался от пожара, воздух и ход чудесным образом нашлись,  и командир АПЛ погрузился, чтобы «сбить пламя».


Элементарная профессиональная неподготовленность командира АПЛ ТК-17 и старшего на борту, растерянность и потеря обстановки, отсутствие выдержки и самообладания стали причиной того, что АПЛ всплыла в надводное положение, а горящие обломки ракеты и ракетное топливо попали на корпус АПЛ. Отсюда следует заключение, что практическая ракета взорвалась уже тогда, когда АПЛ была в надводном положении. Если бы ракета взорвалась в шахте на перископной глубине, пожара бы на корпусе не было бы. Да об этом рассказывает и контр-адмирал В. Федорин, который был на обеспечивающем корабле. «Сначала я увидел, как в воздух взлетела массивная крышка ракетной шахты №3 и скрылась из видимости. И тут же полыхнул столб пламени и дыма. Горела почти стотонная ядерная ракета…Горела обрезиненная палуба крейсера». Если бы взрыв ракеты был под водой, как бы все это увидел В. Федорин? А если это случилось после всплытия АПЛ в надводное положение, значит,  командир АПЛ врет, рассказывая  об этой аварии. Командир ТК-17 абсолютно не был подготовлен к действиям при нештатных ситуациях с ракетным оружием. И. Гришков абсолютно не знал, что произошло на К-219 в 1986 году, и какие неправильные действия в той ситуации допустил командир К-219 И . Британов,  его друг и однокашник. Если бы И. Гришков все это знал, он бы действовал совсем по-другому. Что произошло на К-219? При выходе на боевую службу в Атлантический океан на АПЛ была неисправна арматура шахты №6 – в шахту несанкционированно поступала забортная вода. Командир АПЛ знал об этом. Знал об этом и командир ракетной боевой части.


При плавании на большой глубине шахта №6 заполнилась  водой, а ракету раздавило забортным давлением. От соединения топлива и окислителя произошел взрыв. Взрывом вырвало крышку шахты №6, так как в нарушение инструкции по эксплуатации ракетного комплекса, при нештатной ситуации в шахте №6 командир АПЛ не дал команду отдраить кремальеру, которая закрывает и уплотняет крышку. Если бы кремальера была отдраена, при взрыве крышка  просто открылась. Далее, после взрыва в шахте № 6 внутри АПЛ обстановка была не аварийной. Прочный корпус герметичен, пожаров нет, токсичные газы не поступали. Командир всплыл в надводное положение и дал команду на прокачку аварийной шахты насосами забортной водой. Такой режим называется «прокачка шахты из-за борта за борт». Это было ошибочное решение командира АПЛ, которое привело к гибели АПЛ и 5 человек экипажа. Из-за негерметичности  бортовой арматуры забортной воды АПЛ в ракетные отсеки начала поступать вода вместе с окислителем и топливом из шахты №6. Подводники в этих отсеках получили смертельные отравления. Командир АПЛ дал команду покинуть корабль, хотя АПЛ на тот момент была герметична, и при правильной организации борьбы за живучесть, АПЛ можно было спасти. Непрофессионализм командира АПЛ, его растерянность и ошибочные решения во время борьбы за живучесть привели к тому, что  через 4 дня после аварии   АПЛ К-219 утонула. Погибли 6 человек команды. В данном случае, единственно правильным решением после взрыва в шахте №6 могло быть плавание АПЛ в подводном положении, на минимально возможной глубине до тех пор, пока из шахты №6 не были бы удалены остатки топлива и окислителя набегающим потоком воды.

Судя по рассказу командира ТК-17, капитана 1 ранга И. Гришкова, он понятия не имел о катастрофе К-219, сам не был подготовлен к действиям при аварии ракетного оружия. Да еще и вводит читателей в заблуждение, рассказывая «сказку» об автоматической отмене старта. Наверняка, ситуация там была совершенно другая. Наверняка, командиру доложили, что ситуация с практической ракетой нештатная. Поэтому командир и начал «лихорадочное и неподготовленное» всплытие в надводное положение,  не разобравшись в обстановке. Не приводя ракетный комплекс в исходное состояние, не приняв решение  отдраить кремальеру шахты №3 и заполнить ее забортной водой на стартовой глубине,  командир АПЛ ТК-17  всплытием в надводное положение поставил АПЛ и ее экипаж в очень опасное состояние. Пожара бы не случилось, если бы ракета взорвалась в заполненной водой шахте под водой. Из-за скудной информации об этой аварии, я не могу говорить точно, как надо было действовать  в той ситуации. Я не знаю, что произошло на АПЛ и как развивались события. Но если бы командир действовал правильно, на АПЛ в надводном положении не упали бы горящие обломки ракеты и горящее топливо. Рекомендации от проектных институтов и конструкторских бюро, как необходимо действовать экипажу при авариях ракетного оружия, имелись на всех ракетоносцах. В этих рекомендациях не «рекомендовалось» командирам АПЛ действовать так, чтобы в надводном положении на АПЛ свалилась горящая ракета. Ну, и за что командира ТК-17 надо награждать Золотой Звездой? За то, что чуть не погубил АПЛ и экипаж? За личную безграмотность и растерянность? Вроде бы в статусе о присвоении Героя России за подобные действия награждение не предусмотрено. Хотя, чем черт не шутит. Может, Н.А. Черкашин, мэры городов и ветераны Северного флота, которые ходатайствуют присвоить  И. Гришкову звание  Героя России, знают о статусе этого звания больше меня. Может, за   безграмотность  и профессиональные ошибки стали уже награждать? В наше время все возможно. Героями не становятся, Героев создают «сказочники» и их «сказки».

Небольшой ликбез по вопросам подводного дела  для «сказочника» Н.А. Черкашина.  На атомных подводных лодках  при ведении борьбы за живучесть подводники не заделывают «щели». Они заделывают пробоины или уплотняют сальники, если оттуда поступает вода или дым. Внутри подводной лодки, на выдвижных устройствах, имеются приспособления для уплотнения сальников. И если на ТК-17 через сальники выдвижных устройств поступал дым, то надо было, во-первых, объявить аварийную тревогу, а во-вторых, поджать (уплотнить) сальник. Если бы это не помогло, создать в отсеке небольшое противодавление. Далее, при потере остойчивости корабли  «не переворачиваются», они опрокидываются. При потере поперечной остойчивости корабль может опрокинуться кверху килем, при потере продольной остойчивости,  корабль может опрокинуться на корму или на нос.  «Низкой» или «высокой» продольной остойчивости нет. Остойчивость не измеряется какой-либо физической величиной. Как измеряется невесомость? Никак. Она, либо есть, либо ее нет. Так же и остойчивость корабля. Либо корабль остойчив, либо он потерял остойчивость. А вот плечо остойчивости измеряется  физической величиной, оно измеряется либо в метрах, либо в сантиметрах. Плечо остойчивости зависит от углов крена и дифферента, и оно может уменьшаться или увеличиваться. При критических углах наклонений корабль теряет свою остойчивость.


Далее, номер проекта 941 не связан с 1941 годом, так же, как 945 проект  не связан с 1945 годом – годом Великой Победы. Это обыкновенная нумерация проектов подводных лодок. «Густонаселенных отсеков» на подводных лодках нет. Там есть отсеки с большим количеством  боевых постов и командных пунктов. В ВМФ нет, и не было «руководящих документов», которые бы « запрещали уходить под воду в любой аварийной ситуации». Командир АПЛ сам принимает решение, как, и где вести борьбу за живучесть. И, чтобы не усугубить аварийную ситуацию, командир АПЛ должен быть профессионально подготовлен, но не так, как И. Британов или И. Гришков. При объединении запасов ВВД, трубопроводы не могут лопнуть, так как имеется системы дросселирования, которые предохраняют трубопроводы от разрывов. Конечно, при «желании» можно и цистерны главного балласта порвать, если не открыть кингстоны. Поговорку, наверное, все знают: «Заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибет».  Командирская группа ВВД не предназначена для «торпедной атаки». Это неприкосновенный запас ВВД, который может понадобиться для различных ситуаций на борту АПЛ.

Ну, и последнее для бывшего капитана 2 ранга С. Шабовта. В советское время, при отказах стартов баллистических ракет или авариях ракетного оружия, всегда создавались Государственные комиссии, которые анализировали все действия техпозиций и экипажей АПЛ, а так же гарантию и качество промышленности.  По результатам объективного контроля на борту АПЛ и на самой ракете (телеметрии) определялась причина отказа, и что привело к отказу. Времена были суровые - «холодная война». И отказ баллистической ракеты – это государственная проблема. Поэтому такие комиссии и создавались, а не для того, что бы определить «глаженные шнурки у вестового или нет». Такие вещи бывшему политработнику надо бы знать. И выводы таких Госкомиссий были серьезными (как для конструкторов, так и для промышленности и моряков).Поэтому и СССР был Великой страной.

 

P.S. Целиком и полностью поддерживаю Н. А. Черкашина в его ходатайстве за личное мужество и профессионализм присвоить звание Героя России капитану 1 ранга С. Кубынину, бывшему старшему помощнику командира ПЛ С-178. Кроме него, надо бы ходатайствовать о присвоении звания Героя России капитан-лейтенанту Б. Полякову с АПЛ К-19, мичману В. Баеву с АПЛ К-429, капитану 1 ранга  Ю. Зеленскому, командиру  АПЛ К-278. Своим мужеством, выдержкой, силой воли и высочайшей специальной подготовкой они спасли от гибели (или подготовили АПЛ к экстремальному плаванию) большое  количество подводников. Они лично заслужили это высокое звание. Надо обязательно выступать с ходатайством о присвоении звания Героя России (посмертно) офицерам и матросам с АПЛ К-19  Б. Корчилову, Ю. Повстьеву, Б. Рыжикову, Н. Савкину, В. Харитонову, Ю. Ордоточкину, Е. Кашенкову, С. Пенькову. Эти подводники ценой своей жизни спасли от гибели свой экипаж.  Разве они не достойны высокого звания Героя России?  Почему сегодня некоторые лица пытаются говорить о присвоении этого  звания всяким неучам и бездарям, а о тех, кто «лег на амбразуру разбушевавшегося и взбесившегося атомного реактора» и ценой своей жизни «успокоили его» , молчат? Действительно, справедливо нас называют «Иванами, не помнящими родства».

 В. Рязанцев

Прочитано 47834 раз

Пользователь